Солнце светило высоко в небе, когда Лука и Маринетт вышли из пекарни и отправились в парк, находившийся недалеко от дома девушки. На улице было мало народу в отличие от сквера. На скамейках сидели пожилые люди, многие из которых были с внуками. Дети бегали и играли, а звонкий смех разряжал атмосферу. Девушка и парень шли по дорожке и молчали, наблюдая за играющимися детьми. Маленький мальчик и девочка, явно игравшие в догонялки, пробежали мимо них, звонко смеясь. Брюнетка кинула взгляд на молчаливого Куффена, который смотрел куда-то в сторону. Сегодня он был тихий, и это немного напрягало. Хоть они и общались совсем мало, Маринетт с точностью могла назвать его своим приятелем, может другом. Голубые глаза парня наконец посмотрели на нее, и брюнетка улыбнулась. Неожиданно Лука заговорил, начав рассказывать, как начинал только играть на гитаре, и что это оказалось не так просто. Девушка слушала внимательно, продолжая улыбаться резкой смене настроения собеседника, да и повествовал гитарист о своей жизни очень интересно. За монологом молодые люди не заметили, как дошли до конца парка. Переглянувшись, они решили немного посидеть в тени деревьев. За это время людей стало меньше, а детский смех слышался где-то вдалеке.
Когда рассказ подошел к концу, парень повернулся к Маринетт и внимательно начал рассматривать лицо девушки. Ее хвостики немного растрепались от ветра, глаза внимательно смотрели куда-то вдаль, губы были сжаты. Подул легкий ветерок, выбивая пару прядей волос, которые тут же упали ей на лицо. Резкое желание убрать их появилось у парня, и перед тем, как Маринетт успела поднять руку, Лука обогнал ее и заправил пару прядей за ухо девушки. Дюпен-Чен недоуменно повернулась к нему и посмотрела. Невинно улыбнувшись, Куффен опустил чуть ниже руку, проведя большим пальцем по щеке брюнетки. Та даже возмутиться не успела, как теплые, и чуть шершавые, губы накрыли уста девушки. Поцелуй был быстрый, но больше неожиданный для нее, ведь голубоглазая даже среагировать толком не успела, когда парень чуть отодвинулся и всмотрелся в ее лицо. Снова подул легкий ветерок, приводя брюнетку в норму. Только сейчас осмысливая то, что произошло, Маринетт подняла руку и дотронулась до своих губ, странно взглянув на сидевшего парня.
— Понимаю, что неожиданно. Но если тебе будет так проще, то давай сделаем вид, что ничего не произошло. — проговорил Лука, улыбаясь и протягивая руку.
Похлопав ресницами, Маринетт уставилась на протянутую руку, судорожно переваривая услышанное. Поверить в происходящее было немного странно и обидно. Но придумывать какие-нибудь отговорки или оправдание в сторону парня она не хотела, поэтому пожала протянутую руку, улыбаясь краешком губ. Они просидели еще некоторое время в парке, подумывая о том, что и правда ничего не изменилось.
***
После того события в парке, девушке несколько дней подряд снился странный сон. Каждый раз она просыпалась посреди ночи, так и не понимая, почему это с ней происходит. Почему снится именно это, да тем более после всего того, что было. В её сновидениях была она в том свадебном платье, которое нарисовала, а на голове фата, и ее жених. Парень был одет в белую рубашку, которая была расстегнута на одну пуговицу, коричневый жилет и такого же цвета брюки, на шее висела незавязанная бабочка, а с левой стороны прикреплен белый цветок. И жених этот был Лукой. Все было так романтично и красиво, что Маринетт даже показалось сначала, когда проснулась первый раз, что все это было реально. Но каждый раз в конце, когда заканчивалась церемония, девушка целовала Куффена, и улыбка не сползала с ее лица, так этим и кончался сон. Все это казалось странным, но девушка попыталась все списать на то, что уставала в пекарне, приготавливая тесто, мешая его и запекая. Это отнимало много сил и времени, поэтому Маринетт почти в прямом смысле доползала до кровати, отмечая про себя, что без дедушки и правда тяжело заниматься готовкой. За все это время Дюпен-Чен не видела Луку, ведь тот предупредил, что на несколько дней уедет. Она сдружилась с ним, несмотря на тот момент в парке. Брюнетка могла спокойно теперь сказать, что он стал ее другом, хотя разница в возрасте все-таки была, но считать его кем-то больше, чем другом, она не могла.
Когда наступили выходные, Маринетт проснулась нехотя, и даже вообще думала, что к психологу вообще не хочет идти. Погода была прекрасной, но девушка всеобщей радости теплой погоды не разделяла. Переодевшись из пижамы в синие штаны и серую футболку, брюнетка покинула комнату, спускаясь в гостиную. Кухня встретила ее тишиной. На столе стояла тарелка с круассанами, оставалось только поставить чайник, что девушка и сделала. Попив чай с вкусной выпечкой, Маринетт прихватила свою сумку, закрыла квартиру, и пошла к выходу. Покинула она здание с другой стороны, ведь пекарня была закрыта на выходной. Медленно шагая к остановке, она думала, что вообще происходит в ее жизни. А произошло точно много всего, что нужно разложить все по полочкам и принять, параллельно желательно также и понять. Автобус остановился, и девушка вошла в него, присаживаясь около окна. Лучи солнца светили прямо ей в лицо, но Маринетт не замечала этого, погрузившись в раздумья. Отвлек ее только детский голос где-то сзади. Посмотрев по сторонам, брюнетка заметила, что следующая остановка ее.
Оказавшись в холле, Маринетт уверенным шагом направилась к регистратуре, а уже оттуда по коридору к кабинету психолога. За дверью было тихо, но девушка все-таки постучала. С той стороны послышался голос, и брюнетка вошла, встречаясь с грустным взглядом блондина. Он смотрел прямо на нее, отчего Мари хотела скрыться за только что закрывшейся дверью, только бы не видеть эти грустные зеленые глаза.
Беседа была медленной, слова печатались сухо, и какое-то непонятное чувство не покидало девушку. Она сидела на диване и стучала пальцами по клавиатуре, пока психолог прожигал в ней дыру, явно намереваясь что-то узнать из ее молчания. Когда все было прочитано про то, как Дюпен-Чен провела дни, после парка, конечно. Агрест улыбнулся, после чего объявил, что сеанс окончен. Пожелал всего хорошего, он подошел к девушке, которая собрала вещи и поднялась на ноги. Адриан заглянул ей в глаза, и они так и простояли пару минут, смотря друг на друга, будто молча общались, выговаривая то, что накопилось на душе, но нет. Через считанные минуты парень сделал пару шагов и заключил пациентку в крепкие объятья. Повинуясь некому порыву, брюнетка тоже обнимает блондина, прижимаясь к нему ближе. Так они и простояли некоторое время. Первый отступил Адриан, отворачиваясь к окну.
— Удачи тебе. — проговорил он, так и не повернувшись к девушке. А уже через пару секунд после его слов было слышно, как закрылась дверь.
Он был зол, в первую очередь на себя. Он не понимал, что происходит? Когда появилось это непонятное чувство? Неужели он ревновал свою пациентку? Это немыслимо. Но было неприятно, и чувство обиды тоже присутствовало. Вроде все нормально в его жизни, идет все своим чередом. Есть девушка, помирился с отцом, мама тоже счастлива, что не так? Но было не так. Почему? А кто его знает.
Так случилось, что несколько дней назад он узнал о том, что в парке Лука целовал Маринетт. Это взбесило его, отчего в тот день полетели бумаги, лежавшие на столе, перевернутый стул и разбитая ваза. Но понимая, что тут и правда что-то не так, пришел в себя и начал уборку в кабинете, мысленно извиняясь перед собой за такое поведение. Тогда он задумался над всеми словами, сказанными и услышанными. На разложение мыслей ушла целая ночь. Из-за этого пришлось также извиняться и перед Хлоей, которая ждала его дома. Но осознание пришло только на половину, поэтому сегодня, решив кое-что проверить, Адриан стал ждать появления Маринетт. Но когда она появилась в его кабинете, в голове всплыли те слова о парке, и ему стало грустно от этого. Вот, чтобы понять, он обнял девушку. Но кроме чувства пустоты, блондин ничего не почувствовал, параллельно отмечая в голове, что нужно закончить одно дело, которое все-таки стоило сделать давно.