— Ваш способ абсолютно неприемлем! — ругалась я спустя полтора часа. — Кто так делает? Смертность достигнет девяноста процентов! Последовательное чередование этапов, плавный переход!
— Наоборот, срок надо сокращать, пока организм не исчерпал все ресурсы! — шипел в ответ Змей. — Вы представляете себе, сколько чакры уходит на проращивание одного канала-дубля? И всё это время иммунная система без подпитки пытается вернуть организм в прежнее состояние!
— Так положите пациента в стационарный накопитель!
— Где вы найдете нужной мощности?! Это медицинская чакра, их больше, чем на тысячу единиц просто не бывает! А надо, если исходить из вашей методики, минимум на пять!
— Да ладно, — не поверила я. — В Узушио точно есть накопитель в три тысячи. Больше не нужно.
Нашему госпиталю за глаза и за уши хватает малого пятисотенного, однако ради поддержания престижа, читай «понтов», отгрохали крупнейший в мире. А ведь если подумать, в Конохе, с её постоянным дефицитом стазис-свитков, крупный накопитель нужнее. Наши отказались продавать?
— Странно, — нахмурился Орочимару. — Джирайя говорил, чем крупнее накопитель, тем выше уровень потерь и больше тысячи делать нет смысла.
— Зависит от мастера. Вы обсуждали вопрос с Узумаки?
— Мне казалось, нет необходимости, — задумался Змей. — Я даже не рассматривал подобный вариант. Вы полагаете, он реален?
Пришел черед мне прикидывать, что ответить. Речь идет не о просто медицинском оборудовании, пусть и эксклюзивного класса, вопрос перешел в политическую плоскость. Уникальным по характеристикам артефактомможет владеть только достаточно сильный хозяин, способный защитить свою собственность, и Коноха под это определение подходит. Но захотят ли наши продавать такую вещь? Ведь тем самым мы перестанем быть обладателем самой большой дорогой игрушки в мире и перейдем на второе место. Да и использовать её станут явно не для лечения…
— Я знаю пару мастеров, которые могли бы попробовать, — наконец, разродилась я. — Но возьмутся ли они? Кроме того, стоить это будет очень дорого.
Орочимару раздраженно облизнулся. Похоже, один из легендарной троицы сошелся с призывом ближе, чем можно и нужно.
— Опять деньги! Хокаге-сама в последнее время неохотно выделяет средства на исследования! — он замер в полной неподвижности примерно на минуту, затем с плавной грацией развернулся ко мне. — Не могли бы вы уточнить для меня, возможно ли создание накопителя с нужными характеристиками и в какую сумму обойдутся работы? Хотя бы буду знать, на что ориентироваться.
— Конечно, Орочимару-сама. Для меня честь помогать вам.
— Наоборот, это я буду вашим должником, если сведения окажутся правдой. Вы ведь не ошиблись насчет высокой смертности подопытных, я прогнозирую даже более высокий процент летальных исходов. Методика ступенчатой трансформации позволит выйти из тупика, а деньги, — тут он решительно кивнул. — Деньги я найду.
— Возможно, одних денег будет недостаточно, — намекнула я.
— Да, я понимаю. Так даже проще.
Цунаде-сама носилась по госпиталю, занимаясь своими делами и лишь время от времени забегая в предоставленную нам комнатку. Мозговой штурм и сопровождавший его эмоциональный выплеск отняли много сил, так что мы с Орочимару отложили исчирканные бумаги в сторону и уселись пить чай. Саннин неплохо ориентировался в отделении, где что лежит и у кого какие вкусняшки можно раздобыть, знал прекрасно. За чаем выяснилось, что он может быть прекрасным собеседником — умным, образованным, с прекрасным чувством юмора и хорошо подвешенным языком. Не знаю, кто его учил риторике, но результат великолепен. Причем Орочимару очень тщательно следил за словами, говорил только то, что можно сказать, и не более. От разговора о внутренней политике Конохи увильнул с изяществом опытного дипломата, разве что намекнул о хороших отношениях с Шимурой, у которого, по-видимому, надеялся получить финансирование.
Окажись на моём месте девушка с иной судьбой — растаяла бы. При желании Змей производил просто очаровательное впечатление, и сейчас такое желание у него было. К несчастью для Орочимару, против него играл опыт моей прошлой жизни, который вкупе с полученным уже здесь воспитанием давал иммунитет против заигрываний. Лёгкий флирт со стороны саннина воспринимался в качестве обязательного элемента игры, да он и был таковым.