Джирайя, вероятно, что-то почувствовал, потому что прекратил кривляться и одним глазом посмотрел наверх.
— Так я прощён?
Я кивнула и вывела в воздухе:
— Много слышала о вас, Джирайя-сама. Искренна и глубока моя благодарность ками, позволившим отделить зерна от плевел и лично засвидетельствовать свое почтение выдающемуся мастеру слова.
Тот быстренько вскочил на ноги и неожиданно засмущался.
— Хе-хе. Ну, не такой уж и мастер, хе-хе. Вы слишком добры, Кушина-химе.
— Ни в коей мере, я трезво оцениваю факты.
— Ну, вам тоже есть чем гордиться, — момент прошел, и Жабий саннин снова натянул на лицо дебильную лыбу. — Мой ученик Минато, как ни старается, пока не смог освоить выжигание чакры в воздухе. Да и я тоже не смог, ха-ха!
— Моя кузина, Йоко-химе, упоминала о некоем Минато-куне.
— Это он и есть, Намикадзе Минато. У них роман!
— Давно?
— Лет пять, — почесал он в затылке, — или больше? В войне как раз наступило затишье, и старейшины решили перенести биджу в новый сосуд.
— Возраст не позволял бабушке сражаться с полной отдачей, — обтекаемо, с холодком в голосе заметила Цунадэ.
— Йоко-чан тогда похитили, — продолжал Джирайя. — Причем история странная, до конца её раскрутить так и не смогли. Официально виновными признали охотников за кровью высокого уровня, неофициально считают заказчиками Кумо, а что там на самом деле произошло, так и не ясно.
То, что с похищением не всё просто, понимали все, мало-мальски разбиравшиеся в реалиях жизни шиноби. Одно время этот скандал служил немалой темой для пересудов на приёмах в Узушио. Положим, проникнуть в Коноху лазутчики могли. Задача сложная, но для людей с соответствующим опытом и запасом времени выполнимая. Странности начинаются дальше. Нападение произошло в открытой части деревни, куда Йоко-чан выбралась погулять и пошляться по магазинам. Её, разумеется, охраняли, как представители своего клана, так и приставленные Хокаге-сама Анбу — минимум четыре человека. И что, этих четверых матерых бойцов сумели вырубить без единого звука, так, что вездесущие Учиха не почуяли применение боевых техник в черте деревни? Ну бред же.
Наша верхушка волнения по поводу происшедшего абсолютно не проявляла и официальной версией выглядела полностью довольной. Похоже, их всё устраивает.
— Я слышала о той истории. От лица клана Узумаки выражаю благодарность мудрому наставнику, воспитавшего достойного шиноби, спасшего химе клана от страшной участи, — очередной поклон с моей стороны.
— Да, он молодец! Я так им горжусь!
Чую, что при других обстоятельствах мне бы пришлось участвовать в очередной пьянке, если бы не жесткая позиция Цунадэ-сама насчёт распития алкоголя вблизи от исцеляемых объектов. Сакэ она реквизировала в свою пользу. Бутылки, наполненные чашки остались на столе и Жабий саннин свою порцию выпил. Минут через пятнадцать слабительное подействовало, и Джирайя убежал искать толчок. Слава ками — ещё немного, и я бы сделала ему нечто болезненное. Короткий приступ адекватности быстро прошёл, придурок снова начал строить мне глазки, пошленько подхихикивать и говорить сомнительные комплименты.
После ухода засранца кампания распалась. У Цунаде свои дела, у Орочимару-сана свободного времени тоже не больно-то много, меня наверняка ждут в клане с вопросами. Пришлось вставать, прощаться. Жаль, очень интересные и неординарные собеседники подобрались, даже Джирайя, когда не строил из себя дурачка, говорил здравые вещи.
А насчет Намикадзе… Есть у меня правдоподобная версия. Когда Мито-сама стала сдавать, верхушка деревни встревожилась. Да, у них был новый сосуд, но верность этого сосуда принадлежала Узумаки. Совершенно недопустимая ситуация с точки зрения безопасности. Поэтому встал вопрос — каким образом привязать Йоко-чан к деревне, причем не допустив изменения сложившегося в политике равновесия. Самым простым способом контроля за строптивцами, ещё надежнее — строптивицами, издревле является брак, семья, дети.
С кандидатурой мужа наверняка возникли серьёзные сложности, ибо принцессу великого клана за кого попало не выдашь. Фактически, равными Узумаки считаются только представители других великих кланов, однако выйдя за одного из правящей ветви тех же Хьюга, Йоко-чан неизбежно усилит их влияние на внутренние дела Листа. Значит, нужен выходец из малого клана, сильный и популярный боец, считающийся своим среди сверстников-аристократов.