Ладно, подслащу ему пилюлю.
— Я принесу черновики. В них много сведений, не вошедших в конечный список.
— Мне потребуется некоторое время на подготовку, — сдался Орочимару. Цунаде-сама снова захихикала и отсалютовала мне чашечкой с саке. — Я пришлю вам сообщение.
— Буду ждать с нетерпением.
Змеюка, при всей своей одиозности, специалист сильный. Ирьенин как минимум В-ранга, неплохой, для не-Узумаки, знаток фуин, мастер иллюзий и менталист. Мастера гендзюцу всегда в той или иной степени менталисты, сферы-то родственные. Ещё он, в отличие от многих моих знакомых, склонен подвергать сомнению авторитеты и не готов довольствоваться объяснением только потому, что оно освящено временем и «все это знают». Да, знают, и что? Может, какой-то фактор не учли или просто плохо искали. Словом, договорились мы с ним так — он пороется у себя в закромах, поднимет старые записи и примерно через неделю пришлет приглашение, или сам в госпиталь зайдет. Цунаде-химе выписала мне временный многоразовый пропуск, с которым я могу приходить в любое время, и я намерена воспользоваться разрешением на всю катушку. Всё-таки в Конохе медицина развита на более высоком уровне, чем у нас. Сначала Сенджу передали часть своих разработок, потом ирьенины разных кланов объединились и начали активно обмениваться опытом, получив в результате нечто большее, чем просто сумма отдельных частей.
Словом, третий день моего пребывания в Конохе прошёл с толком. Доступ к архивам получила, контакты с Орочимару-саном реанимировала, в посольстве ждало письмо от Учиха Каташи-сана с приложенным к свитку билетом. Однако в любой бочке мёда неизбежно должна оказаться ложечка дёгтя, и таковую мне обеспечили ученики.
— Повтори, Хироши-кун. Ты сделал что? — привычным движением я извлекла из печати бамбуковую палку.
— Я бросил вызов на бой, — упрямым движением вскинул подбородок мальчишка. — Он утверждал, что настоящий шиноби не должен использовать меч, и если всё-таки использует, значит, печати складывать не умеет!
— Завораживающе интересно. Он сказал, ты ответил. Сачико-чан?
— Это не дуэль! — вычленила главное девочка. — Они просто договорились подраться! Извините, Кушина-сенсей, я не успела.
— Не переживай, Сачико-чан, вы все будете наказаны. Кстати, как зовут знатока?
— Какой-то Учиха Обито.
Политика по-шинобски. Часть 3
Шиноби обожают сплетничать. Пить нельзя, искать приключений на стороне — так приключений на работе хватает, театр или литература привлекают далеко не каждого. Некоторые любят тренироваться, или коллекционируют деревянные фигурки, или занимаются ещё чем-нибудь подобным. Тем не менее, большинство шиноби отдых предпочитает простой и незамысловатый, как правило, связанный с болтовнёй и обсуждением близких тем. Вроде того, какой начальник козёл и кого продвинут на его должность.
В результате среднестатистический чунин книгу Бинго знал назубок, о сильных бойцах из чужих деревень как минимум что-то слышал, в своей деревне мог дать характеристику всем, даже многим генинам.
О том, чьим учеником является Учиха Обито и что он из себя представляет, выяснить удалось достаточно быстро. Собственно, кто его сенсей я знала и раньше — не зря же память насиловала. Ещё пацан состоит в одной команде с Хатаке Какаши, погибнет в Третьей Войне и отдаст тому свой шаринган. Вроде бы, погибнет не до конца и в последних сериях аниме он воскрес, но концовка выглядела форменным бредом и мой сокурсник её не любил, поэтому рассказывал скомкано. Из-за его симпатий я хорошо помню мультяшку до момента ухода Наруто из деревни с Джирайей и относительно неплохо — до нападения нукенинов на деревню Песка, дальше то ли вспомнить не удалось, то ли автор и в самом деле что-то курил.
Не скажу, что личность будущего Четвертого меня не интересовала. Хотя правильнее сказать «вероятного Четвертого» — ещё ничего не решено окончательно, всё можно переиграть. Во властных играх достаточно малейшей ошибки, чтобы потерять набранные очки и скатиться на самый низ. Так вот, имя Намикадзе Минато при обсуждении ситуации в Листе всплывало слишком часто, чтобы его забыть. В открытую его преемником не называли, на регалии и должность претендовали ещё несколько сильных фигур, но учитывать при раскладах учитывали. Во-первых, Намикадзе для своего возраста очень силен и вообще считается гением, за счет чего репутация среди бесклановых и потомственных шиноби у него великолепная. Правда, я настроена несколько скептически, ибо гением здесь зовут любого, выделяющегося из общей массы в положительную сторону. Во-вторых, он — ученик ученика Третьего, то есть своеобразный духовный внук нынешнего правителя, что по местным понятиям очень и очень важно. Далее, в свое время паренек сумел произвести прекрасное впечатление на ряд влиятельных лиц из числа клановых верхушек, в частности, на Мито-саму, дававшую ему личные уроки. Не удивлюсь, если она научила его даже большему, чем Джирайю. Сокомандника внучки она не любила.