Если опустить обязательные словесные кружева, наше общение проходило в следующем ключе:
— Вы убили члена нашей правящей семьи, мы требуем компенсации!
— Вы без оснований вторглись в наши земли, напали на мирных тружеников и вообще в душу плюнули! Нет, это мы требуем компенсации!
— Наши люди шли с посольством и лучшими намерениями, у них и грамотка была!
— Никакой грамотки не видели, про посольство первый раз слышим!
— Вот представитель даймё, он подтвердит!
— Это, наверное, какая-то ошибка. Нам в Мотохама ичизоку сказали, что из столицы никаких посольств не выходило. Давайте их позовём и спросим!
На данном этапе в процесс вмешался Райдон-сан, которому вовсе не улыбалось видеть на важном мероприятии своих врагов. Клан Мотохама и тесно связанный с ним род князей Сандзё упорнее прочих противились объединительной политике верховной власти… точнее говоря, в роли объединителей они видели себя и немножечко союзников.
Переговоры шли неделю. Скрыть их проведение не представлялось возможным, поэтому я перед отъездом отдала своим приказ сидеть тихо, активных действий не предпринимать и на провокации не поддаваться. Хотя жизнь извлеченной из свитка Аоко-сан к тому времени находилась вне опасности, последствия тяжелых травм всё ещё давали себя знать. Следовательно, боеспособные джонины и элитные бойцы в деревне отсутствовали, так что в данной ситуации имело смысл избегать столкновений. Правильно сделали, кстати — вплоть до нашего возвращения практически каждый патруль не возвращался на базу без инцидента.
По условиям заключенного с Андо и их корешами соглашения мы выплачивали символическую виру за гибель члена правящей ветви, они же, в свою очередь, объявляли об отказе от претензий и обязались закупать у нас кое-какие лекарственные препараты. Да, фармацевтика у Узумаки тоже развита, пусть и не на таком уровне, как у Акимичи или в Суне. Особого дохода со сделки мы не получили, но в данном случае нас куда больше радовало, что кровная вражда между кланами не будет объявлена. Отдельным бонусом шёл прорыв дипломатической блокады — теперь шиноби Страны Моря не выступали против Тагути гакуре единым враждебным монолитом.
Ответные шаги конкурентов Андо не заставили себя ждать. Примерно на месяц давление усилилось, среди нападающих появились сильные нукенины материковых гакуре. Это, вообще-то, относительно редкая практика, потому что за участие в столкновениях с другими шиноби нукенины берут дорого, из-за высокого шанса погибнуть или возможности получить опасных кровников. Тем не менее, туземцы раскошелились, и вопреки желанию в нескольких схватках мне пришлось поучаствовать лично. Плохой признак — глава клана вступает в бой либо в решающий момент, либо если остальные резервы исчерпаны. Наши враги это понимали. К счастью, у них не хватило денег нанять кого-то по-настоящему серьёзного, все сильные бойцы сейчас заняты контрактами с великими гакуре и участвуют в большой войне, а у тех, кто брал не дорого, и навыки соответствующие. Скорость, с которой были уничтожены нападавшие, кажется, произвела впечатление на наблюдателей, и к нам прибыли послы.
На данном этапе мы хотели спокойствия и ничего больше. Бессмысленная вражда уже стоила нам трёх взрослых шиноби, её следовало прекратить и как можно скорее. Потом, после окончания войны на материке и врастания в местную жизнь, можно будет добиваться чего-то ещё, но до тех пор мы просто желали мирно жить, плодиться, размножаться и обрастать жирком.
Клан Мотохама удалось купить, предложив им медицинскую помощь. По-настоящему хороших ирьенинов мало, хотя практически в каждом клане есть владеющие шосеном люди, так что проблема лечения шиноби с повреждениями кейракукей стоит остро. Стоило упомянуть в разговоре с Мотохама Ичиру-саном, что мы быстро ставим в строй своих раненых, как он сразу заглотил наживку и принялся задавать нужные нам вопросы. Кончились переговоры подписанием двух договоров — союзнического, с крайне расплывчатыми формулировками и по сути никого ни к чему не обязывающего, и на оказание медицинских услуг. Суммы скромные, ещё предвижу сложности с организацией больнички вне границ деревни, ну да лиха беда начало.
Таким образом, мы нашли общий язык с большинством влиятельных сил архипелага, невнятности оставались только в отношениях с Оонода, Курогане и контролировавшим крупный остров Кониси кланом с тем же названием. Первых двух можно не учитывать — несмотря на их численность, это, скорее, банды наёмников, самостоятельной политики они не ведут. Кониси же твердо придерживаются нейтралитета и с ними наши интересы практически не пересекались, за что благодарить надо расстояние и живущих в Стране Восхода пиратов. Поборами с купцов, грабежами и прочей незаконной деятельностью занимался тут каждый, но ребята с востока даже на общем фоне выделялись особой жестокостью, у Кониси все силы уходили на борьбу с отморозками.