Почему я рассказываю о том периоде моей жизни без подробностей? Так нечего рассказывать. Странно звучит, но, несмотря на новую обстановку, новых людей, новое место, я занималась привычной рутиной. Управление малой деревней принципиально ничем не отличалось от того, чем мне приходилось заниматься прежде — то же распределение работ между подчиненными, организация снабжения, общение с партнерами и конкурентами, разведка, создание условий для нормальной учебы или повышения квалификации… Масштабы немного другие, но, повторюсь, кардинально новых задач не возникало. Тем более что раньше мне приходилось действовать в куда более сложных условиях. Вялотекущая осада со стороны местных кланов по напряжению значительно уступала кровавой мясорубке Второй Войны, а дипломатические переговоры с Андо не стоят и часа общения с теми же Учиха. Уровень ответственности абсолютно иной. Кроме того, здорово поддерживало понимание того факта, что даже в самом худшем варианте можно рассчитывать на поддержку старшей ветви, хотя лично моя репутация сильно пострадает. Ну да переживу.
Всё-таки жизнь на архипелаге попроще. Аборигены привыкли решать вопросы силой, они не склонны к многоходовым коварным интригам, а силушки у Тагути ичизоку хоть отбавляй. Один боевик S-ранга, элитная команда Глубины, хранилище печатей, способных превратить резиденции большинства потенциальных противников в гладенький каток из застывшего стекла, — всё это здорово придавало уверенности, не говоря уже о потенциальной возможности вызвать подмогу из главной ветви или тупо нанять шиноби на материке. Мы абсолютно не чувствовали себя в загнанном положении и это ощущение, дух победителя, отчётливо воспринималось оппонентами. У наших шиноби подготовка лучше, равно как и координация групповых действий, поэтому в стычках наши гибли намного реже. Разведка тоже хорошо поставлена — у нас тупо больше ресурсов и связей в среде купцов, куда охотнее сотрудничающих с Узумаки, чем с местными пиратствующими феодальчиками. У местных, конечно, есть свои преимущества, однако заточены они для слежки друг за другом и им требовалось время, чтобы переориентировать работу своих сетей против свеженького игрока.
Нельзя сказать, что обходилось без сложностей. Генма-сан на ножах с Аоко-сан, есть у них какая-то мутная история в прошлом, о которой они упорно молчат. Стараюсь свести их взаимодействие к минимуму. Причем женщина крайне недовольна тем фактом, что вынуждена «прозябать» в глухом уголке и отчаянно рвётся в Коноху, к младшему брату, мужу и сыну. Я понимаю её мотивы, однако отпустить не могу — во-первых, она считается погибшей и её появление вызовет ненужные вопросы, а во-вторых, полноценных полевых джонинов у меня ровно два и новых не предвидится. Поэтому в каждом письме на имя Кейтаро-сама содержится просьба о переводе хотя бы части семьи Аоко-сан сюда, в Тагути гакуре, равно как и напоминание о схожей ситуации в отношении Ичи-куна и ещё нескольких людей.
Неуклонно и целеустремленно Изумо-сан подготавливает собственную гибель. Он переругался со всеми, с кем только мог, и недалёк тот день, когда уважаемый мастер печатей погибнет в результате несчастного случая. Я не шучу — он действительно достал, а умельцев организовать несчастный случай тут каждый второй. Увещеваний Изумо-сан не понимает, так что, похоже, скоро мне придется писать неприятный отчет в Коноху.
Ни с того, ни с сего возникли проблемы у Сабуро-хоси.
— Боюсь, мы не в состоянии обеспечить должный уровень подготовки, Кушина-сама, — жрец рассеянно крутил в руке чашку, любуясь переливами тёмной жидкости. Непростительная вольность, вообще-то, ну да у нас тут к этикету особое отношение. Мягкое, даже по меркам шебутных Узумаки. — У нас просто не хватает людей. Мы смогли выдержать без сокращений школьную программу, с обучением генинов тоже разобрались, но чунины… Нужны мастера.
— Подайте мне список необходимых дисциплин. В конце концов, что я, что Генма-сан можем выделить один вечер в неделю.
— Боюсь, этого недостаточно, — вздохнул старик. — Взять хотя бы тайдзюцу. В клане практикуют… практиковали шесть основных стилей, каждый в десяти-двенадцати вариациях, также есть менее популярные, семейные или просто малоизвестные. Я не учитываю секретные стили, преподающиеся исключительно внутри отдельных семей или в Глубине. Таким образом, для полноценной передачи знаний требуется не менее двадцати мастеров, а у Тагути их всего четверо. Схожая ситуация с ниндзюцу и фуиндзюцу, особенно плохо с печатями.