Враги переглянулись, кивнули друг другу, безмолвно договорившись, и один из них побежал ко мне. Двое продолжили атаковать Шу. Я быстро создала трех клонов в попытке отвлечь, помешать нападению, но один из них мгновенно развеялся от броска напитанного чакрой куная. Ладно, пусть хоть оставшиеся попробуют что-то сделать — на меня быстро надвигаются свои проблемы.
Этот, второй облачник, оказался и сильнее, и опытнее. От стихийных техник ушел плавно, словно играючи, и в ответ засадил свою со средней дистанции. Пока уворачивалась, он сблизился. В первые же мгновения боя он нанес два удара мечом, пробив барьеры на моей левой руке и заставив лихорадочно открывать Врата — сначала первые, потом вторые. На третьих вратах чакра хлынула в нервную систему и принесла поразительную четкость мышления, движения врага стали предсказуемыми и понятными. Двигался он по-прежнему чуть быстрее, однако за счет своеобразного предвидения я подловила его и удачно контратаковала. Ударила ногой в бок. Он не Узумаки, нашитых на одежду печатей у него не было, поэтому удар прошел. Пара ребер наверняка сломана, правда, для шиноби такие раны вполне переносимы и на боевых качествах отражаются слабо.
Затылок нагрелся и потяжелел. Не позволяя себе отвлечься, чтобы усвоить память клона, толкнула чакру в грудь, открывая четвертые врата, Врата ран. Всё, предел достигнут. Пятые врата я открывать ещё не умею, я бы и эти не открывала, если бы не ощущение надвигающейся смерти. Раненый Шу дерется с двумя, скоро вернется последний облачник, отправившийся в погоню за клонами, и сенсею тоже надо помочь. Нет времени на возню.
Враг, кажется, что-то почувствовал, потому что разорвал дистанцию и сходу метнул в мою сторону три запитанных райтоном сюрикена. Он тоже пытался выиграть время на создание какой-то техники, только я ему этого времени не дала. Кунай с кибакуфудой сбил ему концентрацию, а потом мне удалось проскользнуть под косым ударом меча, сблизиться и проломить ему ладонью грудь.
Точнее говоря, мой удар пришелся в броневые пластины на жилете. И что? Сердце ему сразу разорвало, добивающий костяшками, проломивший висок, был чистой формальностью.
Может, зря я задержалась.
Каких-то мгновений не хватило.
Сенсей потом говорил, я бы все равно не успела.
Утешал.
Не верю.
Оба моих клона уже развеялись, и Шу стоял, шатаясь, и в груди у него торчал чужой нож. Каменная броня осыпалась, контроля на поддержание техники ему уже не хватало, но я бы ранение вылечила. В худшем случае в свиток бы запечатала и до госпиталя донесла.
Если бы эта сука, коричневая тварь не опустила меч, раскалывая Шу череп.
Долей секундой раньше — и я бы успела его оттолкнуть.
А смогла только отомстить.
Летящую навстречу Сеть Молний я прорвала, почти не заметив. Была цель, и я к ней шла. Облачник с кунаем, опрометчиво вставший на пути, получил удар всем телом и отлетел в сторону изломанной кучей костей. Его просто смело с дороги. Убийца уже повернулся ко мне, но двигался слишком медленно, гормоны бушевали в моей крови и наши скорости были просто несопоставимы. Он ничего не успевал сделать.
Я сломала ему руку, выбивая меч. Сломала вторую. Зашла сзади и в пыль, в труху раздробила позвоночник. Развернула его лицом к себе и ладонями обхватила голову, пристально вглядываясь в карие глаза.
И начала медленно, смакуя крики, сводить ладони вместе. До тех пор, пока в глазах не почернело.
Так нас сенсей и нашел, всех троих. Мертвого Шу, его убийцу с раздавленным черепом и меня, потерявшую сознание из-за чакроистощения и неправильно закрывшихся Врат. Как система циркуляции осталась цела — непонятно. Скорее всего, спасибо надо сказать медицинским печатям, налепленным на нижнее белье.
Очнулась я ночью. Рядом горел костер, во рту стоял горький привкус стимулятора, а сидящий на корточках сенсей оттирал мне лицо влажной тряпкой. Волосы и руки он не трогал, так что засохшие на них чужие мозги от движения начали неприятно трескаться и осыпаться невесомой пылью.
— Шу? — непонятно на что надеясь, спросила я. Одними губами, на выдохе.
Наставник отрицательно покачал головой.
Время до утра застыло, словно муха в янтаре. Ничего не помню. Сидела, вроде бы выла, сенсей что-то говорил, гладя по голове… Впервые в жизни друга теряю. В обеих жизнях.