Торговые ряды протянулись на пару километров, обойти их все за один день едва ли возможно. Разве что пробежаться по верхам деревянных павильонов, оценить общий размах, не вглядываясь в разложенные на прилавках товары. Совершенно невозможное в моем нынешнем обличии действо. Поэтому мы посетили продуктовый ряд, с его тремя сотнями сортов риса, различающихся по цвету, величине зерна, способу обработки, методам и месту выращивания, закупились там едой, затем пробежались по лавочкам, торгующим тканью и предметами для шитья, после чего надолго зависли в оружейном и в ювелирном районах. Каору-кун удачно сторговал десяток метательных ножей, а я не смогла удержаться от покупки четырех пар изящных канзаши, себе и близким. Между прочим, на рынке никто не удивлялся, видя, как я запечатываю товар в свиток — только крестьяне не владели минимальными навыками использования чакры, уже представители следующей касты, городские ремесленники, зачастую что-то умели.
Слегка уставшие, но довольные, мы возвращались в гостиницу. Сенсорное восприятие я постаралась сузить до минимума. Сенсору сложно находиться в толпе, недаром кланы сенсоров в скрытых деревнях стараются селиться на окраинах и просят выделить им земли побольше — не из жадности, вовсе нет! Просто неприятно ощущать рядом мельтешение чужих очагов.
Народу много. Я мелкими шажочками семенила первой, благовоспитанно опустив глазки и не глядя встречным в лица, на шаг позади с суровым видом шествовал Каору-кун. Совершенно неожиданно мне вдруг резко захотелось сделать шаг в сторону и я, подчиняясь инстинкту, вместо следующего шага вперед сдвинулась вправо. Сама не поняла, почему. Секундой спустя дошло — человек, идущий навстречу, двигался слишком правильно. От него не исходило яки или фоновая чакра, руки он держал свободными, оружия на поясе нет, и всё-таки вбитые на тренировках рефлексы запрещали приближаться к опасному бойцу.
Каору-кун чуть слышно выдохнул сзади. Всхлипнул.
Я резко развернулась и успела заметить, как незнакомец, заставивший меня суетиться, вытаскивает из бока Каору-куна тонкий длинный стилет. Сознание рывком обострилось, перешло в боевой режим. Раз — каварими на воздух рядом с убийцей, ребро ладони перерубает ему шею. Два — тело запечатывается в продуктовый свиток, я закидываю Каору-куна на плечо. Три — каварими на ближайшую крышу, осмотреться. Никого? Неизвестный стоит недалеко от места, с которого я переместилась, крутит головой. Зевака или напарник? Чуть расширяю сенсорное восприятие и чувствую мощный очаг, значит, всё-таки напарник. Четыре — бросаю кунай и, не глядя на результат, шуншином ухожу в сторону гостиницы. В последние мгновения перед перемещением наконец-то раздаются удивленные крики гражданских.
В свой номер я влезла под техникой скрыта, через окно. Хорошо еще, что Фудзита-кун, услышав шум в соседней комнате, не стал атаковать сразу и сначала посмотрел, кого нелегкая принесла. При виде распластанного по полу напарника он первым делом поднял тревогу по рации, тут же в номер вошел Дзиро-сан и принялся расспрашивать моего клона о происшедшем. Монолог я слушала краем уха.
— Сколько нападавших? То есть состояние второго неизвестно? Не удалось опознать? Кушина-сан, я заберу свиток с телом? — Я кивнула головой, не отрываясь от лечения. — Спасибо.
Минут десять прошло в тишине, затем я недовольно зашипела и послала клона за стазис-свитком. Придется Каору-куну полежать запечатанным, пока не разберусь, чем его ранили. В ответ на удивленный взгляд Дзиро-сана написала на доске:
— Сильный яд. Очень качественный.
— Суна? — он с сомнением осмотрел лишенный одежды труп убийцы. Кожа везде, кроме кистей и головы, неестественно-бледная, словно её обладатель годами не видел солнца.
— Не обязательно.
— Да, после войны знатоков много стало. Каору-кун выбыл до возвращения домой?
Я помотала головой.
— Образец яда есть. Идентифицирую. Сделаю противоядие. Вылечу.
Первый помощник прикоснулся к наушнику и доложил командиру измененный статус команды, выслушал ответ и приказал:
— Собираемся. Мы немедленно уезжаем, корабль отходит через час.
Придерживаясь минимальных предосторожностей, фактически наплевав на конспирацию мы рванули в порт. В крупных городах всегда дежурят группы шиноби, отслеживая нарушения порядка, однако нас не беспокоили, хотя периодически чьё-то отдаленное внимание ощущалось. Может, местные, может, нет. Во всяком случае, вели мы себя по меркам шиноби прилично — техниками не разбрасывались, людишек не убивали, кроме шуншина и скрыта ничего не использовали, поэтому мешать нам идти своей дорогой никто не стал. Или не захотел связываться со сработанной тройкой, тоже не исключено.