Самая верхушка, принимающая решения, своих мыслей не озвучивает. Главы родов опасаются потерять лицо в случае сохранения нынешней политики, к тому же традиция не предполагает согласия или несогласия с мнением Узукаге. Что, впрочем, ничуть не означает, что своего мнения у старейшин нет. Наметившаяся дружба с Луной и рост числа миссий на Восточном континенте указывают, что идея «многовекторности» пользуется всё большей популярностью в умах власть предержащих…
Почему я не пришила себе язык? А кто сказал, что я его не пришила?
В свое время Узукаге, разъярившись на осмелившуюся ослушаться его приказа дерзкую девчонку, в сердцах бросил — «Сама откусила, пусть сама и пришивает!». С тех пор много чего произошло, я стала ирьенином довольно высокого уровня, моё имя известно, но гнев старика не исчез. Утих, да, но о прощении смысла говорить нет. Поэтому до тех пор, пока я объясняюсь знаками, внешне всё выглядит так, словно наказание никуда не делось, мне плохо, больно, я страдаю и вообще вся из себя несчастная. Узукаге доволен.
Если же я, вдруг, начну разговаривать, то выглядеть это будет как открытая дерзость, как перчатка, брошенная в лицо. Во всяком случае, истолкуют именно так. Предсказать реакцию Акиры-сама в таком случае я не берусь, но уверена, что фантазия у него заработает на все сто процентов и даже немножко больше. Незачем дергать тигра за усы.
В то же время ставить под угрозу безопасность команды нельзя. Раньше, пока я ходила рядовой, от меня мало что зависело и для общения в большинстве случаев хватало пальцевой системы знаков, однако сейчас, после повышения, ситуация изменилась. К тому же второго сенсора у нас больше нет, а докладывать командиру ситуацию надо, и быстро. Лично я без языка обойдусь — привыкла — но подставлять своих неприемлемо.
Та миссия с доставкой обернулась нам бочкой меда с ведром дегтя. По совокупности ей присвоили ранг S, что само по себе совсем другие деньги по сравнению с предыдущими заработками, кроме того, в придачу выдали премию за голову убитого нукенина. Ещё кое-что начислили за головы туманников и сведения о пиратах с кеккей генкаем, правда, немного. Другим приятным бонусом стало вхождение в элитный клуб «эсовиков» — так назывались шиноби, выполнившие хотя бы одну миссию S-ранга. Их даже в Глубине не слишком много.
Отсутствие конкретики о выполненном задании не помешало скачку во внутреннем рейтинге Службы, отношение к нам стало чуток другим. Не просто хорошая команда, а команда, которой можно доверить серьёзное дело, примерно так.
На сём хорошие новости заканчиваются и начинаются плохие. Раны Дзиро-сана оказались даже сильнее, чем я думала, он провел в больнице два месяца и вышел оттуда, до конца не излечившись. Необратимые повреждения кейракукей, чудо, что вообще шиноби остался. Продолжать служить в Глубине он не мог. В то же время, терять его опыт начальство не хотело, поэтому Дзиро-сана перевели в один из филиалов в стране Огня. Боевые качества на его новой должности не особо нужны, зато пригодятся знакомства среди пограничных кланов, чрезвычайно широкая эрудиция и умение общаться с самым разным контингентом, от аристократии до гоповатых бесклановых нукенинов. Мы все желали ему удачи.
Несмотря на малую, по сравнению с парнями, выслугу лет, заместителем Рюдзи-сана назначили меня. Причем не только по причине высокого происхождения. Оно, конечно, сыграло свою роль, но в Глубине личным качествам отдают приоритет, члены правящей ветви часто подчиняются выходцам из младшей. Правда, эти младшие после таких назначений обычно в скором времени входят в правящую, не суть. Просто Каору-кун откровенно должность не потянет, к Фудзите-куну ещё долго будут присматриваться и проверять, не поехал ли он крышей после заключенного контракта, ну а я и показала себя хорошо, и с подчинением проблем не возникнет. Мои приказы парни оспаривать не посмеют.
Единственная трудность возникала при общении по рации, щелчками ведь многого не доложишь и не расскажешь. Отбросив несколько вариантов, решилась пришить язык. Операцию делали клоны под присмотром Акено-сенсея, сделали быстро, зато потом много времени заняло восстановление атрофировавшихся мышц и не использовавшихся связок.