Мы находились внутри квадрата, образованного моими кунаями, чьи рукоятки были обмотаны довольно нестандартными печатями. Не взрывными, вовсе нет — против джонина их использовать практически бесполезно. Созданный мной фуин комплекс создавал зону повышенной гравитации, чем меньше площадь, тем выше коэффициент. Пятая печать прикреплялась на пользователя и выводила его из-под влияния гравитационной аномалии.
Приложило Джинина-сана крепко, он аж на колени рухнул, едва многотонный пресс пал ему на плечи. Шиноби — парни крепкие, обычного человека раздавило бы, а этот шевелился и даже попытался что-то предпринять. Не успел, разумеется. Сенбон с прикреплённой к нему нитью моей чакры вонзился врагу в глаз, доставая до мозга, после чего я без лишних затей срубила мечнику голову ребром ладони.
Счет идет на десятые доли секунды, торжествовать некогда. Стимулированный медицинской техникой мозг выдает оптимальный план, и я всё тем же Мерцающим шагом перемещаюсь поближе к Суйшо-сан. Проигрывающая свой бой куноичи получила серьёзную рану в живот и отбивалась из последних сил, фактически, она только и могла, что ускользать от умело травящей её пары. Не слишком успешно ускользать. Ещё немного, и лежать бы ей мертвой, но тут вмешалась я, с короткой дистанции разнося любимой Дайтоппой кровавыми брызгами голову одного из врагов. Второй не слишком удачно попытался использовать какое-то водное дзюцу, одновременно отпрыгивая в сторону, влип в земляную ловушку и лишился ног. Добить его оказалось делом исключительно легким.
Оставив с Суйшо-сан двух клонов в качестве лекаря и прикрытия, я бросилась на помощь остальным. Всё-таки есть разница между обычными клановыми воинами, пусть и очень хорошими, и модифицировавшим своё тело ирьенином. Успешно модифицировавшим, уточню. Так-то многие пытаются, мелкие усовершенствования прививаются практически всеми целителями начиная с В-ранга, просто в бою эффект от них тоже минимальный. Серьёзные улучшения доступны только тем, у кого знания о строении собственного тела и нужный контроль находятся где-то на нижней планке А-ранга, и то лучше не экспериментировать самому, а посоветоваться со старшими наставниками. Они и руку на менее ценных соклановцах набили, и за процессом присмотрят. За мной, например, наблюдал Акено-сенсей. Интересно, кто вёл трансформу покойника Джинина? Ай, не о том думаю.
Несмотря на потерю эффекта внезапности, разобраться с оставшейся четверкой туманников не составило труда. Они сражались уже не менее часа, у них заканчивалась чакра, накопилась усталость и небольшие ранения… У нас выбыла из строя только Суйшо-сан, которую клоны утащили в полевой госпиталь, да ещё Ринджи-сан умудрился словить плюху водой и теперь очумело тряс головой. Я поднапряглась и выдала ещё одну Сферу Лезвий, однако она не дала нужного эффекта — основная масса врага замедлилась и не спешила принять участие в бою, наши порядки трепали только уже прорвавшиеся силы.
С одной стороны, поставленную командованием задачу мы выполнили, фронт восстановлен. В то же время — чакра есть, раненых нет, так почему бы не помочь своим? Я окуталась облаком Тысячерукого Шторма и бросилась в гущу сражающихся, на ходу поражая выстреливающими в стороны полупрозрачными щупальцами не успевающих увернуться врагов. Хорошая техника, одновременно и защитная, и для нападения. С её помощью даже летать можно, но тогда контроль ухудшается и характеристики падают. Мои подчиненные тоже не дремали, их путь отмечался взрывами, трупами и тем жутковатым ощущением, которое приносит чья-то смерть.
После возвращения к начальству и отчета, времени на отдых нам дали не много. Минут пятнадцать или чуть больше. Давление врага нарастало, сегменты Барьера сыпались один за одним, ловушки выходили из строя или разряжались, фронт постепенно превращался в кашу из перемешанных в беспорядке отрядов. Конечно, потери штурмующие несли огромные, за каждого своего мы брали пятерых, а то и более, однако перевес в численности был слишком велик. Количество опять успешно преодолевало качество, да и, откровенно говоря, наше качественное превосходство в виде фуин проигрывало мощи джинчуурики.
Пошатнувшийся фронт подпирали резервными отрядами, прорывы затыкали элитными группами. То есть нами.
Первым погиб Ринджи-сан. По-видимому, не до конца залеченная контузия дала себя знать, и он чуть промедлил, уворачиваясь от потока Костяных пуль. Насмерть, сразу. Затем нас перебросили севернее, на территорию порта, где проходил стык фронтов и где отряды Кири перемежались с шиноби Кумо. Ни о каком управлении войсками здесь речи не шло, каждый сражался сам за себя, вот уж где была настоящая мясорубка. В Рин-сана непонятно откуда прилетела техника Райтона, скорее всего, выпущенная случайно, и мой клон наскоро засунул его в свиток, не имея возможности разбираться на месте с ранением. Затем мы с Фуюцки-саном довольно успешно подловили сразу две сотни облачников, пытавшихся устроить нечто вроде опорного пункта в здании администрации и неосмотрительно выделивших слишком слабое прикрытие. Истратили на это дело единственную запечатанную S-ку, но оно того стоило.
Может, так совпало, может, уничтожение большого количества шиноби, в том числе ценных сенсоров и ирьенинов разъярило Райкаге, или он решил, что пора ввести в игру крупный козырь. Как бы то ни было, впервые за всё время сражения на остров вступили джинчуурики. До этого момента они действовали удалённо, доламывая Барьер и вынуждая наших мастеров-печатников сосредоточить усилия на противодействии им. Сейчас же совсем рядом полыхнула чакра, невероятно схожая с образцами энергии Восьмихвостого, и почти сразу на севере отзеркалила ответная вспышка Мататаби. Остальные двое тварей себя не проявляли, впрочем, Мизукаге вполне мог приказать дать своим слугам отдых — они же с самого утра только и делают, что прокачивают через свои тела огромные объемы демонической силы.
Появление Гьюки мигом сломило установившееся было равновесие. Биджу играючи взломал несколько щитов, словно по гладкой дороге, прошел по усеянной ловушками полосе, и вломился в изрядно потрепанные ряды моих соклановцев. В первые же секунды он убил с десяток наших. Пытаясь остановить джинчуурики, на него набросилось сразу две пятерки Глубины, вмешалось прикрытие облачников, подошедшие со стороны дворца резервы тоже оказались связаны, и как-то так получилось, что против одержимого оказались мы с Фуюцки-саном. Причем даже рассчитывать на помощь подчиненного я не могла — ему предстояло заняться словно прилипшими к носителю демона двумя телохранителями.
Эпическая схватка, м-мать её. Ненавижу.
Примерную тактику борьбы с данным конкретным биджу нам давали ещё в Глубине, да и сама я вопросом интересовалась. Демоны — моё больное место, мой страх, ужас, и этот ужас заставляет готовиться к возможной встрече с ними. Проблема в том, что каждый джинчуурики использует доставшиеся ему силы по-своему, а раздобыть сведения о манере боя беловолосого парня в темных очках и с двумя мечами за спиной наша разведка не смогла. Так что можно сказать, что придётся импровизировать.
Мерцающий Шаг, клон, и в тварь впечатывается Штормовой Посох — двойная техника, исполняемая шиноби с Воздухом и Водой. Джинчурики полетел по земле, сбитый, яростно рычащий и цепляющийся за обломки вокруг исходящими из спины щупальцами чакры. Я не обольщалась. Он просто меня не заметил, дзюцу не нанесло ему вреда. Давление злой, кипящей яростью энергии скакнуло, наваливаясь на плечи двойным прессом, тварь вставала, невнятно рыча, а я лихорадочно открывала Врата. Третьи, четвертые, пятые… Его нужно превзойти в скорости, тогда появится шанс.
Он напал, когда я открыла шестые врата, Кеймон. Хотя джинчуурики довольно ловко использовал преимущества своего положения — давление яки, окружившую его защитным коконом чакру и конечности, опасные даже прикосновением — уворачиваться от него оказалось… Не просто, нет. Легче, чем могло бы быть. При всей их опасности хвосты оказались не очень эффективным оружием (если не позволять ими себя касаться), их было слишком много и джинчуурики в них путался. Скорее всего, недавно освоил технику и не успел отработать. Поэтому я относительно спокойно открыла седьмые врата, Кьёмон, хладнокровно отметила, что использовать этот режим смогу в лучшем случае минуту, и приступила к выполнению плана.