— Хотите вернуться? — спросил Ронин у Дайсуке.
Старый воин, надув губы, покачал головой:
— Я слишком стар. Спускаться с горы было бы тяжело для моих коленей.
Ронин улыбнулся в ответ. Дайсуке вытащил свою катану во время боя и теперь держал ее опущенной, в то время как он сам, конечно, не вынимал ее из ножен, пока не придет время нанести удар.
— Я насчитал троих, — сказал Дайсуке.
— То же самое.
Стрела отскочила от дерева, которое Ронин использовал для защиты, заставив его полностью спрятаться за ним. Они подходили все ближе. Теперь он мог слышать их дыхание, почти такое же прерывистое, как и его собственное. То тут, то там все еще раздавались звуки сражений, изредка стреляли тэппо. Ронин сделал Дайсуке знак, что он возьмет теми двумя, что слева, и обойдет дерево первым. Старый воин кивнул и повернулся, чтобы осмотреть другую сторону. Чтобы обмануть их, Ронин высунулся наружу там же, как и раньше, и чуть не получил стрелу в челюсть. Он немедленно зашел с другой стороны, выскочив прежде, чем лучник успел подготовить следующий выстрел. На мгновение он подумал, что, возможно, старый воин просто использовал его в качестве приманки, но услышал топот ног Дайсуке, который тоже выскочил из своего укрытия.
— Эй! — крикнуло одно из существ, указывая своим длинным копьем на Ронина, в то время как его товарищ готовил еще одну стрелу.
Ронин скорректировал курс, чтобы атаковать лучника, и чуть не поскользнулся на опавших листьях. Лучник уже менял стойку, медленно, методично опуская лук, как сделал бы любой мастер кюдо. Стоявшее рядом с ним существо с копьем выставило вперед свое грозное оружие, готовое пронзить приближающегося воина. Ронин свернул влево, в сторону копейщика, понимая, что никогда не доберется до лучника вовремя и что любой шаг сделает его более легкой мишенью. Казалось, он кружит вокруг них, но в то же время приближается, не сводя глаз с копейщика, давая понять существу, что идет за ним. Оба противника были сосредоточены на нем. Они хотели его жизнь, и один из них уже убил молодого головореза, так что на этот раз Ронин не колебался. Он услышал, как тетива натянулась до предела, и почувствовал, что стрела направлена в него. За долю секунды до того, как лучник выстрелил, лук наткнулся на копье его товарища, и два оружия столкнулись из-за разницы в досягаемости. Это был момент, к которому стремился Ронин, и его время действовать. Он переступил с ноги на ногу и бросился прямо к ним.
— Дерьмо, — сказал лучник, непроизвольно выпуская стрелу в пустоту леса поверх плеча Ронина.
Катана вылетела из ножен с быстротой молнии, пронзив копье и запястье существа в направленном вверх ударе, а затем рассекла лицо лучника на пути вниз. Второй не мог закричать, первый не мог остановиться. Копейщик упал на колени, держась за наполовину отрубленную кисть, по левой руке Ронина потекла кровь. Странствующий воин повернулся на правой ноге и вонзил острие своего меча в рот мужчины, потому что теперь он знал, что эти двое были не ёкаи, а люди. Они могли носить маски, шлемы и накидки. Они могли притворяться, что разговаривают хрюканьем, и передвигаться по лесу, как духи. Но умирали они как люди, проливая много крови.
— Ронин, — позвал Дайсуке, когда одинокий воин стряхнул кровь с клинка.
Ронин вспомнил о старике и переключил свое внимание на последнего из трех существ, которое спокойно накладывало новую стрелу на тетиву своего лука, а предыдущая глубоко вонзилась в грудь Таро Дайсуке. Старый самурай изо всех сил старался удержаться на ногах, держа клинок поднятым вверх у своего морщащегося лица.
Одинокий воин не стал тратить время на то, чтобы позвать Дайсуке. Вместо этого он вдохнул поглубже и бросился на лучника. В баттодзюцу не было техники бега как таковой, но Ронин давно исправил этот недостаток и делал последний шаг в рывке так, как если бы он шел, чуть сильнее топая ногой. Маска монстра мешала лучнику видеть Ронина, приближающегося к нему, и он продолжал натягивать тетиву лука, хотя на таком расстоянии хватило бы даже самого слабого выстрела. Ронин, чувствуя, что будет слишком поздно для идеального удара, нанес удар раньше, чем обычно, целясь в лодыжку лучника. Он едва почувствовал прикосновение металла к кости, а меч уже прошел сквозь ногу. Лучник закричал, как человек, и упал на задницу, его кровь брызнула прямо на старого воина. Крик оборвался, когда Ронин изменил направление атаки и перерезал горло твари. Затем все снова стихло, по крайней мере, вокруг него.