Одно дело, если бы Рашиди пытался оправдаться. Но все, что он говорит — правда. Он искренне верит в то, что говорит. Включая то, что он сентиментален.
— У меня для этого нет время.
— Я знаю об этом. Но боюсь, что наличие помощника, путающегося под ногами, пока я веду переговоры с Анкором, будет обременительно, если не сказать больше. Я знаю, что она утверждает, что служила в высокопоставленном доме в Серубеле, но ей чужды наши обычаи. Что делать, если она как-то оскорбит короля или его дочь? Я не смог бы выдержать позора для Теории. Боюсь, что мое терпение к таким вещам истощилось к старости.
Увидеть смущение Рашиди было бы чрезвычайно занимательно, первое, что приходит Тарику в голову. Но если Сепора будет сопровождать его, Тарик всё равно не сможет стать свидетелем ее непредсказуемых выходок. Что могла бы девушка, которая сбежала из гарема и увлекла в веселую погоню пол дворца, вытворить в иностранном королевском дворце? Бесконечность вариантов чуть не заставила его улыбнуться.
Чуть. Но для Рашиди это очень серьёзный момент, чтобы оскорблять его усмешкой.
— Ну хорошо, — говорит Тарик. — Пока тебя нет, она будет помогать мне. Конечно, только когда у меня появится время.
— Большое спасибо, Ваше Вел…
Но, прежде чем он успевает в полной мере выразить свою благодарность, массивные двойные створки западных деревянных ворот в сад распахиваются. На долю момента открывается вид на внешнюю стену дворца, прежде чем стража заходит по двое, держа оружие наперевес. Патра сразу вскакивает, шерсть на загривке дыбом.
— Спокойно, — говорит ей Тарик несмотря на то, что ощущает то же самое.
Охранники выстраиваются в ряд справа и слева от Тарика, никто не выходит вперед, чтобы объяснить причину прихода. Он вздыхает. Видимо, это судьба, что его вечер должны были испортить, даже если бы к нему не пришел Рашиди. Патра наклоняется ближе к нему и касается его бедра. Если бы он проявил хоть толику беспокойства, она сразу же стала бы между ним и его собственной охраной.
Один из солдат приближается, судя по парадному мечу, который он носит, это офицер. Мужчина опускается перед ним на колено, подобострастно прижав подбородок к груди.
— Ваше Величесвто, позвольте сказать, сир.
— Конечно, — говорит Тарик.
— Сир, мы подстрелили змея к северу от притока Нефари. Он направлялся в пустыню.
— Серубельский Змей? — спрашивает Тарик. — Так близко к границе Аньяра? Были ли с ним сопровождающие?
Может, король Эрон всё же хочет с ним увидеться? Он отправил посланцев на встречу с ним по той же причине, по какой Тарик отправил к нему караван? Он втягивает воздух через сжатые зубы. Теперь мы сбили одного из его Змеев в знак радушия. Ему это не понравится.
Ворота открываются на максимальную ширину, и дюжина, или около того, охранников с ворчанием и стонами тянут громоздкое тело Змея в сад, чтобы Тарик на него взглянул. Длинное синее тело обмякло и оставляет след на зеленой траве, которую садовники выращивали с таким трудом. Но горевать из-за травы сейчас не время. Его войско, которое действует от его имени, только что сбило Змея.
Они кладут животное с краю, между двумя большими фонтанами.
— Зачем было его сбивать? — спрашивает Тарик, пытаясь скрыть свое раздражение. — Разве нельзя было преследовать его до самого конца?
— Сир, это Змей-Наблюдатель. Их, среди всего прочего, используют для шпионажа.
Офицер под тяжестью вопросов короля, кажется, чувствует себя неуютно.
— Что вы наделали? — всхлипывает кто-то за их спинами. Тарику не нужно оборачиваться, он и так знает, что барышня Сепора вернулась и что она очень расстроена увиденным.
Он открывает рот, чтобы поприветствовать ее, но также быстро закрывает его. В конце концов, она обратилась не к нему, а к его офицеру во время его допроса в его саду. Он сомневается, что такое поведение приемлемо даже в высокородном доме в Серубеле. Не то, чтобы это как-то её заботило. Напротив, Сепора буквально протискивается мимо него и становится перед офицером. Она скрещивает руки на груди, и у Тарика создается впечатление, что она делает это только для того, чтобы сдержаться и не ударить высокопоставленного часового.
— Зачем вы его убили? — спрашивает она. — Змеи-Наблюдатели — нежные существа.
Офицер переводит удивленный взгляд с Сепоры на Тарика, явно не уверенный, нужно ли отвечать на вопрос.
— Барышня Сепора, — подключается к разговору Тарик гораздо мягче, чем должен. — Это не ваше дело.