— И какое отношение оно имеет к Тихой Чуме? — переспрашивает Тарик. — Ты хочешь сказать, что Овинат альтернатива спекторию?
Сай качает головой.
— Совсем наоборот. Мне кажется, симптомы, которые проявляются у людей, очень похожи на симптомы ломки, когда лечишь зависимость от корня Овината. Похоже, наши граждане страдают от ломки, но я не могу сказать, от чего у них зависимость. Также, как все еще не могу сказать, почему доза введенного спектория помогает им. Это мощный эликсир.
Тарик проводит рукой по волосам.
— Хотите сказать, что они страдают от ломки, которая ведёт к смерти?
— Боюсь, что так и есть. И это ещё не все.
— Говорите.
— Так как спекторий в конечном итоге истощается, думаю, что после инъекции его действие в теле пациентов тоже постепенно ослабеет. Боюсь, это лишь временное решение. Я просто пытаюсь сказать, что нам необходим постоянный запас спектория, не обязательно для того, чтобы обеспечить энергией город, а скорее, чтобы обеспечить энергией его граждан.
Постоянный запас спектория. То, чего у них никогда больше не будет, если только… его глаза устремляются на Сепору.
— Не волнуйся, Сай. Мы с Сепорой работаем над решением этой проблемы, не так ли?
Но она не отвечает, лишь слегка приподнимает подбородок. О, как же он может доверять ей, если она ведет себя так?
— Сай, мне ненавистна мысль, что приходится отрывать вас от работы, но мне хотелось бы показать Сепоре, как старательно вы пытаетесь найти лекарство от Тихой Чумы. Видишь ли, у нее есть способности… находить нетрадиционные способы решения проблем и, я думаю, она хотела бы посмотреть, каких вы добились успехов. Вы не против показать нам, над чем работаете сейчас? — краем глаза он замечает, как напрягается Сепора.
— Конечно не против, Ваше… Тарик. Пожалуйста, следуйте за мной.
Он ведет их на юг через обычный лабиринт залов, арок и лестниц, пока они не подходят к двойной деревянной двери. Видимо, для работы Сая выделили дополнительное пространство; Тарик радуется, что комната, в которую они вошли, большая и кипит работой. По меньше мере двадцать кроватей расставлены у стен на расстоянии двух вытянутых рук друг от друга. В каждой кровати лежит человек и у каждого присутствуют явные симптомы Тихой Чумы. Другие Целители приходят и уходят, некоторые приносят кувшины с водой, другие чистое постельное бельё, но больше всего дымящиеся чаши с разжиженным спекторием, который в тусклом освещении светится пурпурным светом.
Сепора застывает.
— Я не хочу на это смотреть.
Тарик мягко хватает ее за руку и снова поражается, что ее прикосновение внезапно посылает по его телу дрожь и тепло. Он пытается понять ее реакцию, хоть что-то, что указывало бы на то, что она испытывает то же самое, но его восприятие Лингота не даёт ему никаких подсказок.
— Мне кажется, будет только справедливо, если вы увидите больных, — говорит он. — Король этого бы хотел.
Очень. Она должна увидеть своими глазами действие Тихой Чумы, должна увидеть скорость, с которой та пожинает свои жертвы, а как спекторий возвращает их к жизни. Она должна связать с чумой лица, должна видеть лица тех, кто не сможет выжить без этого элемента, источник которого она держит в секрете.
Она медленно и прерывисто втягивает воздух, но, когда спокойно выдыхает, Тарик чувствует, что она готова к сотрудничеству. Сай приглашает их последовать за ним в угол комнаты, где на лежанке лежит мужчина средних лет. Тонкое льняное покрывало наполовину укрывает его ноги, а частично сползло на пол. Его пустой взгляд, устремленный в потолок и поверхностное со свистом дыхание создают впечатление, что он сосредоточен на том, чтобы не умереть. Высохшая кровь коркой покрывает его кожу вокруг ноздрей, уши и уголки рта, а губы покрыты свежей кровью. Однако, насколько известно Тарику, это не ничего общего не имеет с симптомами ломки, при лечении зависимости от корня Овината. Сай верит в свою теорию, но Тарик в ней не уверен.
Это зрелище не оставляет Сепору холодной. Тарик видит это по её напряжённой осанке выпрямленным плечам и слегка вздернутому подбородку. Все это прямо-таки кричит ему, что она поражена, но вместо того, чтобы смягчиться, она пытается ожесточить сердце к ситуации мужчины. И он больше не уверен, было ли правильно приводить ее сюда. Он знает, насколько Сепора упряма, и, если она вбила себе в голову не помогать ему, то останется при своём решении.