«Так чего же именно ты боишься?»
Если бы мне пришлось спросить, они бы посмотрели на меня как на сумасшедшего.
Я был готов сдаться. Этот бар может показаться молодым человеком тихой гаванью.
Спасаясь от двух убийц, я, правда, был смертельно опасен. Если бы это было лучшее место, где можно купить выпивку, я бы эмигрировал в Херсонес Таврический, умер бы в изгнании, как Овидий на краю света, но всё равно считал бы, что мне повезло.
Собираясь уходить, я окинул взглядом это мрачное место, а затем предпринял последнюю попытку: «Я просто не могу понять, что учитель из Рима вообще мог делать на этой дороге. Никто из них не зарабатывает столько, чтобы снять летнюю виллу на побережье. Не думаю, что «здешние» знают, зачем он приехал, не так ли?»
«Он приезжал в Антиум на собеседование по поводу работы на время каникул».
«Правда ли это?»
К моему удивлению, в тех краях оказалось хорошо известно, какой именно богатый владелец виллы его вызвал. Невероятно, но вилла у богача всё та же.
Я так и не встретился с потенциальным работодателем, но это было и не нужно. Он был из тех, кто, столкнувшись с потенциальным кандидатом, попавшим в беду, настаивал на том, чтобы все подробности его опыта были задокументированы — вероятно, на случай, если Волузиус попытается подать в суд на компенсацию. Стенограмма всё ещё существовала. Мне её показали.
Мне не разрешили вынести его за пределы помещения, но писец сел и переписал для меня заявление десятилетней давности.
Волусий описал встречу с человеком, которого все теперь считали Клавдием Пием, который подружился с ним и увлек его с дороги, чтобы встретиться со своим братом.
Несмотря на полное отсутствие интереса к оружию, наивный молодой учитель согласился сопровождать Пия. Они зашли дальше, чем он ожидал, по крайне удалённым тропам, и он уже встревожился, когда встретил обещанного брата. Этот человек был зловещим. Они встретили его на поляне, словно он ждал их. Это заставило Волусия понять, что за ним намеренно следят. Он знал, что его привели сюда со злыми намерениями.
Волузий совершил ужасную ошибку. Хотя он чувствовал, что его вот-вот убьют, он не подал виду, что осознаёт грозящую ему опасность. Возможно, потому, что их было двое, и они думали, что смогут легко его контролировать, братья проявили беспечность. Волузий вырвался и сумел убежать. Дрожа от страха, он часами прятался в чаще, подслушивая разговор о том, чтобы вызвать собаку, чтобы выследить его. Как только он решил, что люди скрылись из виду, он бросился наутек и бежал, пока не добрался до дороги и не обнаружил…
В баре. Бармен отвёл его в безопасное место на вилле, куда он изначально направлялся.
Владелец виллы имел влияние. Был проведён обыск, но никого не нашли. Никто не связал дело с Клавдиями. Волузий дал описание этих двух мужчин, но оно было слишком расплывчатым. Если он и слышал имена, то не смог их вспомнить. Он впал в шок, слишком нервничал, чтобы быть полезным свидетелем.
Некоторые даже усомнились в его рассказе. На нём не было ни царапины. Никто не видел его с незнакомцами. Его страх мог быть вызван не травмой, а уже имеющимся психическим расстройством, которое заставляло его фантазировать. Расследования прекратились.
«И он получил эту работу?» — спросил я раба, с которым разговаривал.
«Это исключено. Он был просто бредущей развалиной. Человеку в таком состоянии нельзя позволять давать уроки порядочным мальчикам. Он даже ни разу с ними не встречался».
«Что с ним случилось?»
«Он вернулся в Рим».
«Был ли он в состоянии путешествовать? Разве после такого испытания он не впал в панику при мысли о предстоящем путешествии?»
«Мы продержали его здесь несколько дней. Ему разрешили написать письмо, и за ним приехала его мать».
«Вы случайно не знаете ее адрес?»
«Боюсь, что нет, Фалько».
«Тогда мы его потеряли.
«Зачем тебе его искать? Всё здесь».
«И это бесценно, спасибо. Но теперь мы уверены, что эти двое действительно существовали, и есть предположение, кто они. Волузиус, как единственный известный выживший, может быть в состоянии их опознать».
«Держу пари, он все равно запаниковал бы, даже после всех этих лет».
«Возможно. Будем надеяться, что их заключение под стражу его успокоит… Скажите, какой смысл был предлагать ему здесь работу? Разве у мальчиков из богатых семей нет своего репетитора? Неужели они настолько глупы, что им нужны дополнительные занятия на летних каникулах?»
«Простите! Совсем наоборот. Сыновья моего хозяина получили всестороннее образование, в котором оба преуспели. Это было сделано для того, чтобы дать им особые уроки, ведь они были очень одарёнными и умственно требовательными». Я догадался, что это было сделано для того, чтобы занять их, чтобы они не приставали к служанкам и не поджигали дом.