– Несколько часов вообще ничего не касаться? Физически невозможно, если не ставить себе намеренно такую установку.
– Дядя заметил, у него зрачки расширены, но для нарика погибший слишком здоров. Он крепкий – не спортсмен, но форму держит. Это было что-то другое, думаю, транквилизатор или вроде того. И если это так, то жертву накачали и выставили на улицу замерзать – это преднамеренное убийство.
– Причём голым выставили. Не совсем понимаю, зачем нужно было его раздевать донага – снять верхнюю одежду уже достаточно, он бы в любом случае умер за ночь.
– Судя по тому, как застыли волосы, он попал на улицу мокрым. Может, дело было где-то в бане – он уже был голым.
– М-да. Человек порой… бесчеловечен.
– С нашей работой давно пора привыкнуть, – Тим усмехнулся и махнул Стасику опустевшим стаканчиком, прося повторить. – Но это даёт зацепку: такие методы используют либо при личном мотиве, а это близкое окружение, либо убийца нездоров, а эти на свободе не задерживаются.
– Личность бы узнать, чтобы окружение проверить…
– Не кипиши, шеф, узнаем. Сорок пятый год на дворе, труп из приличных. Он или пальчики сдавал, или лечился где, или искать начнут скоро. Найдём. Тем более дело вон на особом контроле.
– Да в тебе я не сомневаюсь, Тенёв тебя хорошо обучил.
– Тенёв меня надрессировал, что уж. И да, не жалуюсь, хорошо. Но до него мне далеко.
– Ничего-ничего, ты у нас молодой ещё, это Тенёв уж на пенсии сидит.
– Не такая и большая у нас разница, он просто ушёл рано. Да оно и понятно тогда было.
– Так. Ладно. В печальные дебри разговор пошёл, нам и без того дела есть чем настроение подпортить.
– Шеф, Женька на каком месяце сейчас?
– Нормально ты так тему переводишь. Восьмой пошёл.
– Восьмой… Шеф, вали домой.
– Липин, а ты не обнаглел?
– Я – обнаглел. А ты вали к жене.
– А сам?
– А у меня жены нет, – Тим усмехнулся. – Бахну ещё кофейку, потом завалюсь к дяде в морг, подожду результатов вскрытия. Ну, и дальше как пойдёт.
– Выходной я тебе возмещу.
– Да первый раз, что ли? Вали давай. Женьке от меня привет.
– Липин… Спасибо.
В ответ на прощальный кивок Тим привычно махнул рукой с двумя выпрямленными пальцами и только после этого забрал у Стасика второй кофе. Сам Стасик в дела полиции никогда не лез, вопросов не задавал, а если что и слышал, то молчал. В отличие от своей напарницы Зойки, которую, конечно, все очень любили, но уважали куда меньше, чем молчаливого Стасика.
Подумав, Липин развернулся, не дойдя до столика, и вернулся к прилавку, на который облокотился. Стасик, весело улыбнувшись, отзеркалил его позу – разве что стаканчик в руках не держал.
– Стасик, а скажи мне, ты странного ничего ночью не видел? Может, заходил кто приметный? Или мимо проходил?
– Да не, не было такого вроде. Ночь сегодня тихая, людей не сказать что много. Несколько парочек, клубная компания потом такси ждала, пара патрульных заезжала. А, и дежурный ваш последним был. Камер, сами знаете, нет. Тут порой такие разговоры ведутся, что они не с руки… Но все данные могу тебе откопировать, если нужны.
– Ох, Стасик, доиграешься ты когда-нибудь. И ты, и Зойка с её любопытством.
– Да… Третьего хочу брать. Будет новый бариста. Или новая. А то у нас с Зойкой совсем выходных нет. А надо, надо.
– Ты ж понимаешь, да, что мы проверять будем?
– Ну да, я потому и предупреждаю. Вы только будьте добры, мне скажите, если что. Я сам всё решу.
Тим отпил капучино из стакана и кивнул, с прищуром глядя на бариста. Мужчины молча пожали друг другу руки. Стасик проводил Тима взглядом и только усмехнулся в густую бороду, качая головой.
На улице ещё только начинало всходить тусклое февральское солнце, и промозглый ветер так и норовил пробраться прямо под кожу, но Тим, то ли назло погоде, то ли из какого-то мальчишеского упрямства, шёл по улице расстёгнутым – холод хоть как-то помогал взбодриться.
Смартлет зазвонил раньше, чем закончился кофе, Тим перехватил стаканчик, впихивая в правое ухо наушник, скользнул взглядом по весёлому черепу, записанному как «Кощей».
– Да, дядь?
– Тимоша, ты должен это видеть. Лети сюда.
– Ты узнал, чем отморозок накачан?
– Нет, но из него сделали киндер-сюрприз. Тебе понравится. Жду.
Закатив глаза, Тим смахнул голограмму и допил кофе в пару глотков, после чего, засунув руки в карманы, поспешил в морг. К моменту его прихода Кощеев уже сидел за столом и что-то печатал в древнем, чуть ли не доисторическом ноутбуке – ещё с монитором, тачпадом, клавиатурой и прочими древностями. Прикрытый труп лежал на холодном железном столе – Тим признал его по слишком бледной коже ног. Поправив халат, приземлился на свободный стул возле дяди.