— Вы правы, это целая проблема. Я должна отрегулировать нейронный детектор таким образом, чтобы излучаемый нами фон тщательно вычитался. Это очень кропотливая работа. Малейшая ошибка, и все мои результаты ничего не стоят. Крайл, когда-нибудь мы пошлем автоматические нейронные детекторы через гиперпространство во все точки Галактики. Тогда в радиусе нескольких световых лет от детектора не будет находиться ни один человек; только благодаря этому чувствительность детекторов возрастет по меньшей мере на два порядка, и мы выясним, где же живут разумные существа даже задолго до того, как доберемся до мест их обитания. К сожалению, сейчас мы только мешаем приборам и вынуждены учитывать влияние собственного плексонового излучения.
Вошел Чао-Ли Ву. Он не без неприязни взглянул на Крайла и нарочито безразличным тоном спросил:
— Как поживает Ближняя звезда?
— На таком расстоянии ничего примечательного не увидишь, — ответила Мэрри.
— Вероятно, завтра или послезавтра нам предстоит еще один переход. Тогда и посмотрим, что это за звезда.
— Это будет страшно интересно, — сказала Мэрри.
— Да, интересно — если обнаружим роториан. — Ву еще раз бросил взгляд на Крайла. — Только найдем ли?
Очевидно, вопрос Ву относился в первую очередь к Крайлу. Но тот промолчал и лишь спокойно посмотрел на Ву.
В самом деле, найдем ли? — подумал Крайл.
Затянувшемуся ожиданию скоро должен был наступить конец.
В системе Немезиды
Глава 80
Джэйнус Питт не часто позволял себе роскошь жаловаться на собственную судьбу. В любом другом человеке он посчитал бы такую черту характера знаком недопустимой слабости и потакания собственным недостаткам. И все же временами все в нем вскипало: подумать только, насколько охотно роториане предоставляли ему право принимать все неприятные решения!
Да, на Роторе был избранный по всем правилам Совет, который скрупулезно изучал все принимаемые законы и решения — все, кроме самых важных, определявших будущее Ротора.
Такие решения оставляли для Питта.
Это делалось почти подсознательно. Казалось, все важные вопросы члены Совета по какой-то негласной договоренности попросту игнорировали, делали вид, что таких вопросов вообще не существует. Вот и здесь, у небогатой планетной системы Немезиды, Совет лениво руководил неспешным строительством новых поселений, очевидно пребывая в уверенности, что времени у них более чем достаточно и торопиться некуда. Вроде бы считалось само собой разумеющимся, что к тому времени, когда новые поселения освоят пояс астероидов (предполагалось, что это будет через несколько поколений, а ныне живущим роторианам в сущности беспокоиться не о чем), полеты с гиперсодействием станут настолько обычным делом, что отыскать и заселить новые планеты не составит никакого труда.
В представлении членов Совета времени у них было с избытком, почти вечность.
Только Питт понимал, насколько дорого время. В любой момент, без всякого предупреждения здесь могут появиться другие поселения. Когда в Солнечной системе узнают о Немезиде? Когда первое поселение решится последовать примеру Ротора? Рано или поздно это должно произойти. Немезида неумолимо приближается к Солнцу и в конце концов достигнет такой точки (конечно, тогда она будет еще очень далеко от Солнечной системы), когда только слепые на Земле и поселениях не заметят ее. По заданию Питта была разработана специальная программа (ее составители были убеждены, что решаемая ими проблема чисто академического плана), с помощью которой Питт на своем компьютере рассчитал, что вторичное открытие Немезиды обязательно произойдет в течение ближайшей тысячи лет. Вскоре после этого поселения начнут разлетаться в разные уголки Галактики.
Тогда Питт задал компьютеру вопрос: полетят ли поселения к Немезиде?
Компьютер ответил отрицательно, потому что к тому времени гиперсодействие станет намного более эффективным и дешевым, человечество узнает гораздо больше о ближайших звездах — у какой из них есть планеты и что они собой представляют. Едва ли людей заинтересует красный карлик; поселения должны направиться к звездам, похожим на Солнце.
Поселения улетят, а отчаявшаяся Земля будет предоставлена самой себе. Что смогут предпринять земляне, страшащиеся космического пространства? Они заметно выродились уже сейчас, а через тысячу лет, когда угроза Немезиды станет очевидной для всех, на Земле будет царить еще большая нищета. Земляне не способны к космическим полетам. Одно слово — земляне. Ничтожные люди, привязанные к поверхности своей планеты. Им останется только покорно ждать приближения Немезиды. Они не могут рассчитывать на спасение.