— Юджиния, если речь зашла об этом, я должен сказать тебе еще кое-что. Боюсь, что в ближайшее время она причинит тебе еще больше неприятностей.
Юджиния резко подняла глаза.
— Каким образом? — спросила она.
— Марлена совершенно недвусмысленно дала мне понять, что станция ей слишком тесна. Как только ты закончишь свою работу, она собирается выйти наружу и побродить по планете. Она настаивает на этом!
Юджиния с ужасом посмотрела на Генарра.
Быстрее света
Глава 37
Три года, проведенные на Земле, состарили Тессу Вендель. Она немного огрубела, прибавила в весе, тонкая талия ее исчезла, груди немного обвисли, стали появляться второй подбородок и темные круги под глазами.
Крайл Фишер знал, что Тесса на пять лет старше его, и, значит, скоро ей будет пятьдесят. Впрочем, она выглядела не старше своих лет. Кто-то сказал, что у нее прекрасная фигура зрелой женщины. Но, конечно, она уже не могла сойти за тридцатилетнюю, как тогда, когда он впервые увидел ее на Аделии.
Тесса хорошо знала все это сама; она горько жаловалась Крайлу всего лишь неделю назад.
— Это все ты, Крайл, — сказала она однажды ночью, когда они лежали в постели (очевидно, в такие минуты она особенно остро ощущала подкрадывающуюся старость), — ты во всем виноват. Ты продал меня на Землю. Ты говорил: великолепие, постоянное неисчерпаемое разнообразие, всегда что-то новое.
— Разве это не так? — осторожно возразил Крайл. Он знал, что именно раздражает Тессу, и хотел дать ей возможность выговориться в очередной раз.
— Не так. Возьми хотя бы гравитацию. На всей этой разбухшей до невероятных размеров невыносимой планете всегда и везде одна и та же сила тяжести. Поднимешься в небо, спустишься в шахту, там, здесь, где угодно — абсолютно постоянная сила тяжести. Только от этого можно помереть со скуки!
— Но, Тесса, мы привыкли и не знаем ничего лучше.
— Ты знаешь. Ты был на поселениях. Там ты можешь выбрать любую устраивающую тебя силу тяжести. Ты можешь заниматься гимнастикой почти в невесомости. Можешь регулярно давать отдыхать своему телу. Как вы живете без этого?
— На Земле мы тоже занимаемся гимнастикой.
— Конечно, занимаетесь. Только все в том же неизменном гравитационном поле, которое тяжким грузом давит на вас. Каждую секунду жизни вы боретесь с этим полем, вместо того чтобы дать своим мышцам возможность свободно поиграть. Вы не можете прыгать, не можете летать, не можете парить. Вы не можете упасть в область с большей силой тяжести или подняться туда, где гравитационное поле слабее. Это вечное гравитационное поле тянет, тянет, тянет каждую молекулу ваших тел вниз, поэтому вы так быстро сгибаетесь, сморщиваетесь и стареете. Посмотри на меня. Посмотри на меня!
— Я смотрю на тебя всегда, когда есть такая возможность, — серьезно сказал Крайл.
— Тогда не смотри на меня! Если ты увидишь, какая я стала, ты бросишь меня! А если бросишь меня, я вернусь на Аделию.
— Этого ты не сделаешь. На Аделии ты сможешь заняться гимнастикой, насладиться невесомостью, а что дальше? Твоя работа, твои исследования, твои лаборатории, твои ученики — все это здесь, на Земле.
— Я все начну сначала и найду других учеников.
— И ты думаешь, на Аделии тебе создадут такие же условия, к которым ты привыкла на Земле? Конечно, нет. Ты должна признать, что Земля ни в чем тебя не ограничивает, что здесь выполняются все твои желания. Разве я не прав?
— Ты прав? Ты — предатель. Ты не сказал мне, что на Земле уже научились работать с гиперсодействием. Ты не сказал мне, что земляне открыли Ближнюю звезду. Больше того, ты слушал, как я разглагольствую о бесполезности роторианского Дальнего Зонда, и ни разу не сказал, что с помощью этого Зонда они обнаружили не только два-три параллакса, а кое-что поважнее. Ты слушал, а про себя потешался надо мной, как самый бессердечный негодяй!
— Я бы мог сказать тебе, Тесса, но тогда я ведь не знал, решишься ли ты переселиться на Землю. А если бы ты отказалась? Ведь это же был не мой личный секрет.
— А уже на Земле?
— Мы сообщили тебе, как только ты приступила к работе, всерьез приступила.
— Да, вы сообщили. А я, как последняя дурочка, так и осталась стоять с раскрытым от удивления ртом. Ты мог хотя бы намекнуть мне накануне, чтобы я не выглядела такой идиоткой. Мне следовало бы убить тебя, но что я могла сделать? Ты — настоящий соблазнитель. И ты знал это, когда хладнокровно и бессердечно соблазнил меня и привез на Землю.