Алексия посмотрела на лорда Амброуза.
— Неужели? А с ним такое сработает?
В тот же миг дом содрогнулся от тяжелого, громкого удара, и собравшиеся внизу гости подняли крик.
Это прибыл октомат.
Леди Маккон властно взмахнула револьвером.
— Теперь вы будете роиться?
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
В КОТОРОЙ ЛЕДИ МАККОН УПУСКАЕТ ПАРАСОЛЬ
Графиня вскочила на ноги. То же самое сделала и Фелисити. Лорд Амброуз решил, что леди Маккон перестала быть самой серьезной опасностью, и повернулся в сторону грохота.
— Сейчас замечательно подходящее время, — подгоняла графиню Алексия, но графиня раздраженно замотала головой.
— Роение начинается не благодаря решению. Я знаю, душесоска, вам трудно такое понять, но не всё в нашем мире результат сознательного выбора. Роение — это инстинкт. Я должна ощущать в глубине души, на сверхъестественном уровне, что мой рой больше не в безопасности. Тогда у меня появится ресурс, чтобы создать рой и никогда больше не возвращаться в это жилище. Сейчас я не в том положении.
Дом явно содрогнулся до самого фундамента, когда его потряс новый мощный удар.
— Вы уверены? — полюбопытствовала Алексия.
Что-то в буквальном смысле прокладывало себе путь сквозь здание. Так ребенок срывает с конфеты бумажный фантик, чтобы добраться до леденца внутри. «Вампир-леденец, ну и вкуснотища, — мелькнуло в голове у леди Маккон. — Пальчики оближешь».
Фелисити завопила.
— Где вы держите Джанела, графиня Надасди? — леди Маккон повысила голос, чтобы перекричать сестру.
Графиня отвлеклась на суматоху.
— Что?
— Я просто подумала, что вы захотите его привести. Чтобы он как можно скорее оказался рядом с вами.
— О да, это прекрасный план. Гематол, пожалуйста, приведи мальчика.
— Да, моя королева.
Только что вернувшийся герцог неохотно подчинился: все вампиры стремятся быть рядом со своей королевой, когда та в опасности. Но приказ есть приказ, поэтому он коротко поклонился и поспешил прочь.
Раздался очередной удар. Дверь в покои распахнулась, и в комнату ворвался доктор Кадаврс с несколькими трутнями-лакеями и вампирами роя. Последней была Мейбл Дейр, она захлопнула за собой дверь. Прекрасное золотое платье актрисы порвалось, прическа растрепалась, а выглядела она так, словно вот-вот начнет играть сцену смерти Офелии перед переполненным залом.
— Моя королева, вы не поверите, какой там монстр! Он ужасен! Он пробил насквозь стену, ту, что с Тицианом. И разбил бюст Деметры.
Графиня вежливо посочувствовала актрисе:
— Иди ко мне, моя дорогая.
Мейбл Дейр бросилась к своей госпоже, упала у ее ног и спрятала лицо в пышных юбках вампирессы. Вцепившиеся в тонкую тафту руки дрожали.
Алексию так и подмывало захлопать. Замечательное представление! Королева положила безупречно белую руку поверх каскада белокурых кудрей мисс Дейр и посмотрела на свой рой.
— Доктор Кадаврс, докладывайте! Чем вооружен октомат? Он отличается от стандартной, более ранней модели?
— Да, моя королева, похоже, его усовершенствовали.
— Он может жечь?
— Да, но огонь извергает только одно щупальце. Во втором стандартные деревянные клинки. Третье, похоже, может метать колышки, четвертое стреляет пулями.
— Продолжай, пока ты перечислил только половину щупалец.
— Остальные пока не использовались.
— Если мы имеем дело с мадам Лефу, то она оснастила все до последнего щупальца чем-нибудь смертоносным. Такой уж у нее образ мыслей.
Алексии ничего не оставалось, кроме как согласиться. Женевьева всегда считала, что чем больше всякой всячины напихать в какое-нибудь устройство, тем лучше.
Дальняя стена комнаты задрожала, и все услышали ужасный звук: что-то явно рвалось, лопалось и разлеталось. Это был звук столкновения металла, дерева и кирпича. Прямо на глазах у находившихся в комнате стену разорвало на куски. Как только осела пыль, стала видна куполообразная башка октомата, балансирующая на множестве щупалец. Эта махина пробиралась по руинам того, что совсем недавно являлось одним из самых элегантных лондонских особняков. Серебристая луна и яркие уличные газовые фонари освещали металлическую поверхность механического создания. А еще Алексия увидела, как внизу разбегаются в разные стороны по улице гости графини.
Она подняла свой парасоль и встала, укоризненно ткнув этим украшенным оборками аксессуаром в сторону октомата.
— Женевьева, я очень надеюсь, что вы никого не убили.
Но если мадам Лефу и сидела внутри своего творения, управляя им, она не обратила на леди Маккон никакого внимания. Ее интересовала одна-единственная цель — графиня Надасди. Гигантское щупальце протянулось через всю комнату и сделало попытку раздавить королеву вампиров. Алексия предпочитала начинать сражение, выпуская что-нибудь в воздух, но мадам Лефу выбрала рукопашный — или щупальцепашный? — бой. Возможно, чтобы не пострадали невинные.