— Вдобавок не учитываются сотни подвалов и чердаков, построенных со всякими ухищрениями. И предполагается, что совершенно посторонние люди не откажутся сообщить мне, что, мол, среди их слуг или работников кто-то недавно умер. И тем не менее разве вы можете предложить какой-нибудь более здравый подход?
Ни лорд Акелдама, ни деван этого сделать не могли.
Дитя-неудобство поставило точку в заявлении Алексии, толкнув ее изнутри. Будущая мать издала невнятный звук, сердито посмотрела на свой живот и прокашлялась, когда коллеги вопросительно посмотрели на нее.
— А пока суд да дело, должны ли мы поставить в известность ее величество? — теперь, когда у них появился какой-никакой план, деван, похоже, решил, что необходимость в расхаживании отпала, и уселся за стол.
Лорд Акелдама тут же возразил. Он всегда стоял за то, чтобы по возможности ограничивать доступ к информации.
— Думаю, пока еще не должны, лохматенький. Вначале добудем более конкретные доказательства. Сейчас у нас есть только лепет сумасшедшего призрака.
Леди Маккон хоть и подозревала, что с мотивами вампира не все ладно, вынуждена была согласиться.
— Хорошо, тогда, после того как мы тут закончим, я пройдусь по тем местам, где, судя по всему, обитает ночной народ. Потом, утром, посплю, а затем обследую жилища дневного народа.
Лорд Акелдама поморщился и глубоко вздохнул.
— Быть может, мой цветик, слышать такое неприятно, но, боюсь, это просто должно быть сказано. Ненавижу поднимать настолько тягостные темы, но если вы собираетесь вести поиски среди тех, кто ниже вас по положению, то, наверно, захотите и одеться соответственно.
Леди Маккон поморщилась, вспомнив Фелисити с ее вязаной накидкой.
— Вы полагаете, я должна прикинуться прислугой?
— Неимоверно сожалею, пышечка, но примитивный трюк позволит добиться большего успеха, — глаза древнего вампира подернулись влагой, оттого что он вынужден рекомендовать настолько ужасные вещи.
Алексия тоже глубоко вздохнула, укрепляя свою решимость.
— Чего только не сделаешь ради своей страны!
Вот так леди Маккон, вырядившись в какие-то служаночьи одежки дурного фасона и бесформенного кроя, сопровождаемая Биффи, который изображал ее мужа, познакомилась с новым районом обитания куда ближе, чем могла вообразить раньше. Алексия видела, что одетый в мешковатый воскресный костюм представителя низшего сословия Биффи чувствует себя менее комфортно, чем в вечернем наряде, даже если выходные бриджи слишком тесны, а высокий воротничок впивается в шею и царапает мочки ушей. Тем не менее молодой человек искренне проникся ролью безработного дворецкого с беременной женой-экономкой. У каждой новой двери они вежливо спрашивали, не появилось ли недавно каких-нибудь вакансий. Везде их встречали с некоторой долей сочувствия, которое отчасти было вызвано положением Алексии, но по большей части — великолепными рекомендациями от леди Маккон, госпожи замка Вулси.
Однако после одиннадцати чашек чая им пришлось неохотно двинуться обратно по улице, на которой проживал лорд Акелдама, ничего не узнав о недавних покойницах, которые могли бы стать призраками. Правда, к изумлению Алексии, им была предложена работа в респектабельной городской резиденции некоего некрупного баронета.
Младенец-неудобство, обычно поклонник чая в любых видах, принялся возражать против того объема, который был выпит в процессе посещения целой плеяды гипотетических работодателей, обращавшихся с потенциальными подчиненными именно так, как требовала вежливость. Алексия определенно булькала на ходу. Она повисла на руке Биффи — и потому, что это было необходимо ей лично, и чтобы ее спутник остался человеком, если солнце встанет раньше, чем они успеют добраться до дома. Ей пришло в голову задать вопрос, который почему-то мучил ее в последнее время:
— Лорд Акелдама пьет чай с лимоном? — Глядя на нее сверху вниз, Биффи кивнул. Ему явно было любопытно, к чему это она. — Пока профессор Лайалл не заговорил на эту тему, я никогда не задумывалась, но ведь действительно это эксцентричная привычка для вампира. Мне казалось, что от цитрусовых у них возникают какие-то проблемы с клыками. — Биффи улыбнулся, но ничего не сказал. Леди Маккон настаивала: — Молодой человек, неужели мне придется напоминать вам, кому вы теперь должны быть верны?
— Разве могу я забыть об этом? — Биффи нервным жестом поправил воротничок. — Что же, это не какая-нибудь особая вампирская тайна. Он потратил несколько десятилетий, приучая себя к лимонам.