— Ах… ох… ну да. Конечно, ты не такая. Как бы там ни было, в качестве запредельной я сейчас вовлечена в одно расследование и надеялась заручиться твоей помощью. Это связано с работой моего мужа, — Алексии не хотелось выкладывать Айви всю подноготную, но и откровенно врать не хотелось тоже.
— Связано с БРП? Со шпионажем? Неужели? Ах, как это гламурно! — от восхищения Айви захлопала в ладоши, ее руки в желтых перчатках так и замелькали.
— И потому я надеялась… ну, скажем так, ввести тебя в некое тайное общество.
Вид у Айви стал такой, будто она в жизни не слышала ничего приятнее.
— Меня? — взвизгнула она. — Правда? До чего замечательно! И как же оно называется, это тайное общество?
Алексия некоторое время посомневалась, а потом, смутно припомнив фразу, которую ее муж как-то ляпнул в пылу раздражения, неуверенно проговорила:
— «С зонтом наперевес»?
— О-о, какое прекрасное, восхитительное название! В нем столько экспрессии и упоминается аксессуар! — от восторга Айви чуть ли не запрыгала на лавандовом диванчике, где сидела во время их беседы. — Должна я буду принести клятву, или выучить священный кодекс поведения, или участвовать в каком-нибудь языческом ритуале? — лицо подруги отражало взволнованное ожидание, и становилось ясно, что в противном случае она будет ужасно разочарована.
— Ну да, конечно, — растерялась леди Маккон, пытаясь изобрести что-нибудь подходящее к случаю.
Она не могла заставить Айви преклонить колена, ведь ее дневное платье — муслиновое, цвета барвинка, с длинным тугим корсетом (именно такие платья предпочитают актрисы) — совершенно не годилось для этого. После короткого размышления Алексия с трудом поднялась, доплелась до подставки для зонтов и извлекла оттуда свой парасоль. Потом раскрыла его и установила навершием вниз в центре комнаты. Если учесть, что гостиная была очень мала, зонтик умудрился занять почти все свободное пространство. Жестом велев Айви встать, Алексия сунула ей ручку парасоля и сказала:
— Крутани его три раза и повторяй за мной: «Я встану грудью во имя моды. Я стану украшать всё и вся. Стремление к истине — моя страсть. Клянусь в этом великим зонтом».
С серьезным и сосредоточенным лицом Айви сделала, как ей велели, повторив:
— Я встану грудью во имя моды. Я стану украшать всё и вся. Стремление к истине — моя страсть. Клянусь в этом великим зонтом.
— Теперь возьми парасоль и подними его, открытый, к потолку. Вот, правильно делаешь.
— Как, и всё? А разве не надо скрепить клятву кровью или что-то еще в этом духе?
— Думаешь, надо?
Айви с энтузиазмом закивала головой. Алексия пожала плечами.
— Ладно, если ты настаиваешь.
Она забрала у подруги свой парасоль, закрыла его и повернула рукоятку. Из навершия тут же выскочили два шипа, серебряный и деревянный. Айви восхищенно ахнула. Леди Маккон перевернула зонт и сняла одну перчатку, Айви после секундной заминки повторила ее последнее действие. Алексия уколола подушечку большого пальца серебряным шипом, потом проделала то же самое с подругой, которая при этом издала встревоженный писк. Затем Алексия прижала свой большой палец к Айвиному.
— Пусть кровь бездушной защитит твою душу, — нараспев произнесла Алексия, чувствуя в происходящем омерзительную напыщенность, но понимая: именно эта часть наверняка больше всего понравится Айви.
Так и вышло.
— О-о, Алексия, это потрясающе! Про такое надо пьесы писать!
— Я закажу тебе такой же зонтик, как у меня.
— Спасибо, что ты об этом подумала, но лучше не надо, Алексия. Я не смогу расхаживать с аксессуаром, из которого с бухты-барахты вылезают такие штуки. Правда, я очень признательна, но просто не смогу такого вынести. Ты, конечно, умудряешься совершенно хладнокровно таскать его с собой, но для дамы вроде меня это будет слишком вульгарно.
Леди Маккон нахмурилась, но, зная слабости подруги, сделала новое предложение:
— Тогда, может, заказать тебе специальную шляпу? — Айви заколебалась. — Мой парасоль сделала мадам Лефу.
— Ну, наверно, можно сделать маленькую шляпку. Не слишком аляповатую.
Алексия улыбнулась.
— Убеждена, это нетрудно устроить.
Айви, улыбаясь, закусила нижнюю губу.
— Ах, Алексия, тайное общество! Как ты ко мне добра! Кто еще в нем состоит? У нас бывают регулярные собрания? И есть ли какой-нибудь тайный сигнал, по которому мы можем узнать друг друга в свете?
— Гм, ну, если честно, пока что ты, так сказать, мой первый рекрут, но я предвижу, что будут и другие.