Что-то внутри лопнуло, какая-то струна оборвалась. Ты отдал мне их перед отъездом, когда закончились съемки «Александра». Просто протянул их мне в автобусе, что вез нас в аэропорт, и сказал: «Пусть будут у тебя, может быть, когда-нибудь пригодятся». Я еще подумал тогда: «С чего бы это вдруг мне приходить к тебе?», а теперь понимаю, ты просто демонстрировал степень доверия, хотел дать понять, как много для тебя значу. А я, придурок, в очередной раз перевел все в шутку, просто спрятал в карман ключи от нашего будущего.
Перебирать чертовы железяки и снова напиваться. Брелок фирменный, дизайн тобой разработан. У тебя всегда было полно этих вещей: всяких футболок, наклеек с надписью «30 seconds to mars». Такой, тридцати трех летний тинейджер. В вечных облаках. Ты только пытался казаться взрослым среди нас, хотел, чтобы приняли за своего, а на самом деле всегда оставался исключением, единственным в своем роде. Я кожей чувствовал твою уязвимость перед окружающими, ты всегда был напряжен в нашем кругу, готов в любой момент вступить в конфликт, лишь бы отстоять свое право на существование. Я никогда не ощущал, что ты старше меня.
Как можно было все испортить, отпустить тебя, стараться не замечать твоей любви, как чего-то постыдного, запретного. И как же сильно я люблю тебя сейчас, если бы ты только знал, как мне жаль.
На тумбочке вибрирует телефон, я рад, что звонок прерывает эти тягучие, как смола мысли:
-Колин?
-Слушаю, - я узнал в трубке голос Клодин.
-И как ты мне все это объяснишь? Надеюсь, ты уже придумал план?
-О чем ты?
-Не шути со мной, дорогой. Как твой менеджер, я имею право требовать от тебя объяснений. Какого черта эти снимки делают в прессе? Ты решил все пустить под откос? Ладно, этот хренов рокер, у него и так репутация не пойми какая, может быть ему все это даже на руку. Но ты?! Ты же, сука дамский угодник, натурал! Что теперь будет?
-Кло, постой, - ее голос разрывал голову и без того страдающую от похмелья. – Какие снимки? О чем ты говоришь?
-А, значит ты еще не в курсе? Открой интернет, включи телек. Ты, вообще, в этом мире еще?
-Ты можешь не орать, а просто сказать, что стряслось?
-Нет, не могу. У меня язык не поворачивается произнести это вслух. Когда придумаешь, как все это объяснить прессе, звони.
Она отключилась.
Я нашел валявшийся где-то в куче журналов под креслом ноут и нажал “питание”.
Уже полчаса я не мог выйти из ступора. Весь интернет пестреет нашими с Джеем фото, на которых я целую его на обочине трассы. Как я понял, снимки сделаны из проезжающей мимо машины, видимо кто-то узнал нас. Я не понимаю, как к этому относиться. Волнует лишь одно: что Джей думает по этому поводу?
Планы о немедленном отъезде ушли на второй план. Сначала нужно поговорить с тобой, а если ты не захочешь, у меня все еще есть ключи от твоего дома.
========== Часть 9 ==========
Звонить тебе бессмысленно, ты все равно не ответишь. Поэтому прослонявшись по убитой квартире до вечера, я решил заявиться к тебе без предупреждения.
Бесконечно долго я собирался с мыслями, чтобы позвонить в твою дверь, но почему-то, так и не решился. Пару раз возникало желание послать все к черту, вызвать такси сразу до аэропорта и улететь в Дублин, и, пожалуй, это было бы идеальным решением для нас обоих. Но я не мог, было просто необходимо увидеть тебя последний раз, и уже для себя расставить все точки над i.
В доме горел свет, несмотря на то, что было уже за полночь. Ты вполне мог быть не один, но меня это, почему-то, не смущало.
Словно вор, я бесшумно открыл дверь ключом и зашел внутрь. В доме было темно, лишь в одной из комнат тускло горел свет, я слышал голоса, спорящие о чем-то. Один из них явно принадлежал тебе.
-Ты не имел права лезть в мою жизнь! Все это тебя вообще не касается.
-Думаешь, мне легко было видеть, как тебя плющит от его звонков?! Думаешь приятно знать, что ты прослушиваешь его сообщения по двадцать раз в день?
-Откуда ты вообще про него узнал?
-Я слышал ваш разговор на вечеринке после «Оскара».
-Господи, Стив, как ты мог этим воспользоваться? Ты звонил ему за моей спиной.
-Я думал у нас все серьезно, я хотел защитить тебя.
-Я не давал тебе поводов так думать, ты с самого начала знал, что я не ищу серьезных отношений.
-Ты убиваешь меня, Джаред, нахрен вынимаешь душу. Кто я для тебя? Просто мальчик для траха?
-А чего ты хотел?
-Сам не догадываешься?
Нервный смех:
-Милый, этого многие хотят, но я просто не могу кому-то принадлежать. Ты должен был это понять, я не давал тебе надежд.
-Никому кроме него, да?
-Не неси хуйню! – Джаред выходил из себя.
-Что? Скажешь не так? Ты ни с кем не встречаешься, потому что все еще любишь этого кретина. Даже эти снимки тому подтверждение. Глупо же отрицать очевидное. Между вами до сих пор что-то есть.
-Думай, что говоришь! Ты уже краев не видишь!
-А ты просто жалок!
Я понял, что сейчас Джей взорвется, и тогда Стив точно изрядно пострадает, поэтому я решил, что пришло время заявить о себе.
-Джаред, успокойся, – я вошел в комнату, покидая полумрак коридора, в котором стоял все это время, и, прислонившись плечом к дверному проему, сверлил Джея взглядом.
-Какого черта ты здесь делаешь?
Джей оторопел.
Я повертел ключи в руках.
-Ну, просо зашибись, - Стив буквально плевался ядом, - Ты даже сейчас будешь все отрицать, хотя сам отдал ему ключи от дома?
-Просто заткнись сейчас, - спокойно произнес Джей, не отрывая от меня глаз.
С большим трудом получилось сдержать улыбку. Стив явно был не в самом выигрышном положении, а по мне - так вообще в жопе. Вот не думал, что застану их за разборками, но спасибо всевышнему за реванш.
Джей выглядел уставшим и измотанным. Белая классическая рубашка на нем была на половину расстегнута, обнажая грудь и верхние кубики пресса. Ремень на черных узких джинсах тоже расслаблен. Волосы наспех затянуты в низкий пучок, из которого небрежно выбивались, струясь по шее осветленные пряди. Под глазами залегли темные круги, от чего взгляд казался еще более глубоким. Джей стоял рядом с низким журнальным столиком, на стеклянной поверхности которого монитор открытого ноутбука пестрел теми самыми фотографиями, было очевидно, что его день не задался с утра, видимо, как только он узнал о снимках. Джаред смотрел на меня, подперев рукой подбородок, задумчиво покусывая мизинец. То, как его губы интуитивно касались собственного пальца, заставило меня забыть, зачем я пришел.