— У меня есть основания полагать, что серв не попытается меня убить, — сказал Марк непринужденно, — Простите, я не все вам рассказал.
— Так вы еще и скрываете от меня что-то?
— Ну что вы… Я узнал об этом вчера вечером, вы уже спали и будить вас я не решился. В десятом часу мне телевоксировал Фома. Обнаружился еще один интересный факт.
— А именно?
— А именно… — Марк не спешил с ответом, видимо нарочно испытывая мое терпение. И делал он это вполне безнаказанно — крыть мне было нечем, — А именно обнаружилось, что нападений было не три, как мы считали, а четыре.
Сердце стукнуло как-то неуверенно и слабо.
— И вы молчали?! Бог мой… Что в этот раз? Опять убийство?
— Успокойтесь, Таис, что вы так… Никакого убийства. Совсем напротив. Дело в том, что Фома опрашивал вчера своих работников, я сам ему это посоветовал.
— Зачем?
Марк пожал плечами.
— Просто так. Сервы уже не одну неделю на складе, и происшествия с ними начались не вчера. Я подумал, может за ними сразу водились какие-то странности? Люди, работающие на складе, могли что-то заметить. Какое-то нарушение… необычность…
— Хорошая мысль. Нет, действительно, это не сарказм. Но причем тут нападение?
— Да при том, что первое нападение было за четыре дня до того как серв номер восемь сломал Пабло руку.
— И Фома об этом не знал? С ума сойти. Я понимаю, как можно скрыть мелочь, но чтоб серв напал на человека — и хозяин об этом не знал…
— Да потому, что нападение было несерьезным. Один из работников, тоже почти мальчишка, сунулся к сервам. Это было через несколько дней после того, как их доставили с корабля. Ну сами знаете, каждому интересно посмотреть…
— И даже знаю, чем это обычно заканчивается. Дальше!
— Серв сломал мальчишке палец, — Марк обхватил собственный указательный палец другой рукой и немного повернул, — Хрусть!
— Перестаньте, — я скривилась, — Значит, только сломал палец? И все?
— Да. Мальчишка не стал рассказывать об этом хозяину. Сломанный палец— невеликая беда, а вот за то, что полез к дорогому товару — по головке не погладят. В общем, он предпочел об этой истории не распространяться. Выяснилось все вчера, когда Фома учинил своим работникам изрядный допрос. Так что, как видите, встреча с сервом не обязательно черевата смертью.
— Я все равно не понимаю, почему этот случай придает вам уверенности, — фыркнула я, — Мальчишке повезло.
— Это не просто случай, — заметил Марк, — Он позволяет судить о всех сервах. «Борей» не приказывает им убивать людей. Он толкает их на гадости, мелкие травмы, которые из-за искаженности ниххонского церебруса, многократно усиливаются, но, опять же, не направлены на лишение человека жизни…
— А какой номер был у серва, сломавшего палец? — торопливо спросила я.
И по тому, как Марк вздохнул, поняла — и в этот раз судьба не уготовила мне жребия.
— Пятый.
— Проклятье! — я треснула кулаком по борту спиритоцикла, — А жаль. Что ж, все равно это была интересная теория.
— Вы про свою теорию с номерами? — осведомился Марк, — Да, она была занятна, но, как видите, не оправдалась. Сервы совершают преступления вне зависимости от порядкового номера. Сперва отличился пятый, а лишь за ним — восьмой, третий, второй… Ряд нарушен. Впрочем, согласитесь, это была весьма странная теория. Какая связь может быть между номерами?..
— Арифметика правит миром, — сказала я, вздыхая, — А чары в церебрусе серва подчиняются тем же математическим законам. Мозг серва — цифры. Может, мы упускаем что-то, с ними связанное… Для нас неочевидное, но важное для сервов. Пять, восемь, три, два… Вам этот ряд ничего не напоминает? Какая-нибудь связь, какое-нибудь…
— Что-то вроде числа Фибоначи? Нет, я уже говорил, что арифметика — не мой конек.
— Вдруг здесь есть зависимость? Пять тысяч восемьсот тридцать два… Ведь не случайно ни один серв не повторил нападения! Четыре из девяти! Это ведь о чем-то говорит?
— Как по мне, ни о чем. Я не вижу связи. Кстати, и Кир не видел. Я ведь знаю, что вы все равно вспомните про него.
— Вы с ним говорили вчера? — спросила я прямо.
Марк замешкался с ответом.
— Да не то чтоб… Не получилось. Но не думаю, что сейчас это важно.
— Вы просто не захотели с ним поговорить, да?
Марк раздраженно поправил воротник.
— Сейчас не до того. В первую очередь меня интересуют сервы. А Кир никуда не денется.