«Церебрус, арифметика… — подумала я, — А люди все равно так похожи на сервов. Молчат, когда все можно решить парой слов. Подчиняются каким-то своим внутренним мотивам, которые скрывают под плотной оболочкой, и с такой неохотой открываются перед другими. Все мы прячем свои тайны за молчанием — сервы лишь научились делать это лучше нас.»
У склада встретил нас опять Фома.
— Доброе, — козырнул он, — Вы вдвоем?..
— Да, — приветливо улыбнулся Марк, — Сегодня в чародее нет нужды. Мы просто поставим один эксперимент.
— Вы не отказались от своей идеи?
— Ничуть.
— У вас смелый коллега, — усмехнулся мне Фома, — Я скорее выйду в бою на шлюпе со старым ружьем против норманнского линкора, чем спущусь в эту змеиную яму, — он подергал себя за бороду, словно желая убедиться, не облетела ли она после недавних потрясений, — Однако вам виднее.
— Охрана есть? — спросила я у него, — Зовите своих людей.
— В этом нет нужды, — быстро сказал Марк, — Страховать меня не обязательно. Я же сказал, что буду вооружен и наготове.
— Серву чтоб проломить голову не обязательно быть вооруженным и уж точно они всегда наготове, — парировала я, — Господин Бутур, если у вас есть люди с оружием, созовите их.
Фома лишь развел руками.
— Я всех распустил. Сами понимаете, сейчас мне лишние глаза совсем ни к чему… После того, как похоронили беднягу Луку, это и так выглядит подозрительно. Если в префектуре узнают, что у меня по складу разгуливает вооруженная стража, могут возникнуть вопросы, на некоторые из которых я бы не хотел отвечать. Господин Марк уверил меня, что дело вполне безопасное и все будет под его личным контролем.
«Господин Марк — спесивый идиот», — хотела сказать я, но огромным усилием воли заставила себя прикусить язык.
Кажется, становлюсь похожей на Кира…
— Мне бы хотелось исключить любую опасность, даже гипотетическую.
— Как только серв шевельнется, я выскочу из ямы, — заверил Марк, — Мне вовсе не улыбается принимать бой, особенно с сервом. Нам надо только убедиться. Секунда — и все.
— За секунду он вполне может оторвать голову, — проворчала я, — И что-то мне подсказывает, что господин Христофор Ласкарис почувствует некомплект, если я верну вас домой без головы.
Почему-то это задело Марка.
— Не припоминаю чтоб за вами водилась осторожность когда вы имеете дело с сервом-убийцей, — сказал он, выпятив подбородок, — Или мне напомнить про Карла?.. Кто потащил меня в логово рехнувшегося серва и заставил держать его на мушке, пока кто-то другой строил совершенно нелепые теории?
— Так вы решили побить мою глупость своей?
— Моя теория верна, вы и сами это знаете.
Я почувствовала, что собственное терпение подходит к концу.
— Она не верна! — вспылила я, позабыв про такт и присутствие Фомы, — Вы схватились за нее только чтоб досадить Киру! Потому что он считал иначе!
Марк засопел. Если в споре есть запрещенные удары, кажется я использовала один из них.
— Мне нет дела до измышлений Кира, — сказал он ледяным тоном, не глядя на меня, — И я выбрал то, что считаю верным. И закончим на этом.
К яме мы подошли в молчании. И с каждым шагом мне становилось все тревожнее. Тревога запускала свои мерзкие острые когти все глубже, нащупывала болевую точку, терлась зазубренным жалом о звенящие нервы.
Мне вдруг захотелось схватить Марка за рукав и потащить к выходу. И не важно, что будет, не важно, как я буду выглядеть — просто вытащить его отсюда, подальше от темного провала, в котором чернеют неподвижные фигуры, от этого запаха, от беды… Но Марк не пойдет — это я видела по его глазам. Для него это теперь не просто заказ, это дело принципа. Шанс доказать, что он лучше меня и Кира. Проклятые дурацкие принципы…
Сервы стояли не по периметру ямы, как в прошлый раз, они выстроились двумя шеренгами по четыре в противоположных ее сторонах. Я пересчитала их дважды — восемь штук — но облегчения не почувствовала. Восемь сервов почему-то пугали ничуть не меньше, чем девять.
Фома громко щелкнул пальцами, загорелись лампы, видимо чары были настроены на этот звук. Но свет не принес облегчения. Теперь я видела их лучше — восемь неподвижных металлических статуй, замерших в иллюзорном спокойствии.
— Ну стойте, стойте, — Марк погрозил им пальцем, — Сегодня вы все мне расскажете.
Фома, покряхтев, опустил в яму лестницу. Лестница была прочной, ладной, с широкими ступенями, такая не обломится, не упадет. Марк попробовал ее ногой и остался доволен.
— Порядок.