Колония Ларса была огромной пустыней.
- Мы не ожидаем, что за два месяца ты сможешь решить проблему с колониями. Но если ты найдешь хотя бы путь решения… - черный старик хлопнул по спинку пустого кресла – это место станет твоим.
- Договор – кивнула Кристина. Понятия не имеющая, что тут можно придумать. В голове крутились какие-то смутные образы лязгающих траками танков, стрекот пулеметов, поля колючей проволоки, грохот взрывов, но это казалось глупым и ненужным. В ней по-прежнему жило веселое чувство, как будто за пазухой была припрятана целая колода из одних тузов.
Хотя у нее не было ни единой мыс…
Она замерла.
У нее – не было.
У нее.
У НЕЕ.
Так вот откуда это странное, неестественное, чужое спокойствие! Оно – не ее! Это проснулась память мертвой Кармин! У которой был, БЫЛ туз в рукаве! Она что-то придумала!
Завтрашняя встреча!
Встреча с человеком, который «поможет». Уж не идею какого-то изобретения он принесет?
Хорошо бы.
Потому что иначе Кристине придется пытаться найти, что же такое придумала Кармин перед смертью. А для этого нужно будет оставаться в городе, постоянно рискуя оказаться жертвой безумного убийцы Спектра, который за каким-то чертом выбрал ее в жертвы.
Проклятый Совет подсуропил с этим своим требованием. Так бы она могла спокойненько спрятаться где-нибудь на эти два месяца, а придется ежедневно подставляться. Причем справиться нужно за два месяца, иначе она лишится всего имущества, и останется голой и босой. А Спектр и его желание непременно ее прикончить – никуда не денется. Может, конечно, разорившейся она его не заинтересует, но это не тот случай, когда хочется проверять.
Долго скрываться от Спектра без денег – не получится. Разве что попытаться имитировать собственную смерть, скажем, самоубийство, типа, девочка не выдержала разорения, но для этого нужно как минимум – убедительное мертвое тело, а это не та вещь, которую можно купить в магазине. Нет, есть еще вариант с большим количеством взрывчатки, но ее тоже так сразу не найдешь…
Кристина почувствовала, что бледнеет.
- Эллинэ, Эллинэ, с вами все в порядке? – как сквозь вату послышались тревожные голоса Мудрейших.
Она встряхнула головой и качнулась. Черные старики смотрели на нее сверху, явно беспокоясь. Они, конечно, не отказались бы оставить ее без трусов – причем вовсе не в сексуальном смысле этого слова – но смерти ей не желали.
По крайней мере – не все.
- Да, все хорошо, - прошептала Кристина.
Инсценировка смерти.
Убедительное мертвое тело.
Множество взрывчатки.
Кармин, Кармин… Ах ты ж, сука…
Глава 17
Да, Кармин Эллинэ оказалась не обычной пустенькой блондинкой, розовое платьице, домик и машинка, любительницей наркотиков и смазливых мальчиков. Нет, это была достойная наследница семьи Эллине, вот уже сто лет держащихся за место в Совете Мудрейших, умная, расчетливая, с твердым стержнем внутри (причем не тем, который чаще всего оказывается внутри блондинок).
Навряд ли она, конечно, готовила свой таинственный сюрприз для того, чтобы войти в Совет Мудрейших с полным правом. Вернее – войти в него к своему двадцатипятилетию. Раньше-то в нем заседал ее отец, чью смерть она совершенно точно не планировала. По крайней мере, при взгляде на фотографию господина Эллинэ в душе Кристины возникло щемящее чувство тоски, той тоски, которая возникает при воспоминании о смерти близкого любимого родственника, и которой неоткуда было взяться иначе, как из памяти мертвой Кармин.
Скорее всего, этот сюрприз готовился как подарок семье, только для того, чтобы семья получила очередной козырь в тихой, невидимой, но никогда не прекращающейся подковерной борьбе за власть. Но после смерти родителей Кармин пришлось все переигрывать – она была достаточно умна, чтоб понять, что в Совет ее просто так не пустят и подарок семье превратился в пропуск в Совет. Незаконченный, потому что Мюрелло припомнил, как прежняя Кармин несколько раз «погружалась», то есть закрывалась в одном из загородных особняков, только, против обыкновения – без мальчиков.
Она что-то готовила, что-то создавала, что-то изобретала. Только вот – что?
И где это самое «что» - теперь?
В первое мгновенье Кристине показалось, что этот самый заготовленный Кармин козырь в рукаве, который позволял ей быть такой спокойной на Совете – это инсценировка собственной смерти. Уж очень подходили для этого эксперименты с созданием собственных клонов и взрывчатка в подвалах особняка. Взрыв, обезображенный – но узнаваемый – труп, и никто не станет искать, куда сбежала наследница миллионов. Но потом, подумав и порывшись в собственных чувствах, старательно отделяя собственные, от чувств мертвой Кармин, Кристина поняла, что имитация собственной смерти Кармин если и планировалась, то не как единственный выход, скорее – как запасной парашют на случай, если главный план все-таки не сработает.