Думал Мюрелло недолго. Уж через минуту он отвис и уверенно сказал:
- Вам нужны аудиторы.
Хорошо, что не ревизоры. С ревизорами у Кристины… кхм… неприятные ассоциации…
Собственно, разница между аудитором и ревизором невелика. Собственно, если не вдаваться в подробности, аудит – когда фирма проверяет сама себя, с целью выявления, нет ли в ее работе уж слишком сильно бросающихся в глаза косяков. А ревизия… Это ревизия. После которой вам не расскажут, что нужно исправить, улучшить и переделать, а вежливо попрощаются. Лет на пять. Если повезет.
Естественно, у семьи Эллинэ были свои собственные аудиторы. И естественно, у них был начальник. Который был в самом скором времени доставлен пред светлые очи хозяйки.
Господин Морнье, тучный – если не сказать, жирный – но при этом энергичный и подвижный, а легкая бледность с его лица сошла сразу же, как только он узнал, что лично к нему молодая хозяйка никаких претензий не имеет, а ей нужны толковые люди, которые смогут в как можно более быстром темпе перешерстить бумаги и найти в них то, что выбивается из общего ряда. В этом месте бледность окончательно сошла, господин Морнье заулыбался и заверил, что как только узнал о пожелании непревзойденной госпожи Кармин – тут же привез с собой трех своих самых лучших сотрудников, из тех, что найдут что угодно, даже опечатку в логарифмических таблицах. И это еще - не открывая самих таблиц.
Троица аудиторов выглядела… странно. Нет, с виду – вполне себе обычные люди, в одинаковых, болотного цвета костюмах, с одинаковыми цилиндрами в руках, одинаково аккуратно причесанные. По фигурам – разные: средний - округлый и плотный, как двухпудовая гиря, тот, что слева – высокий и худой как удочка, правый – тоже худой, но ниже, среднего роста.
Морнье их представил, но Кристина не запомнила. Ее поразили глаза аудиторов.
Про такие глаза говорят – пустые. Еще – стеклянные. Абсолютно без всякого выражения. Как у роботов. Этаких терминаторы от бухгалтерии.
Морнье вежливо осведомился, не желает ли госпожа сама поставить задачу. Госпожа желала, чтобы не играть в испорченный телефон, коротко объяснила, что искать, и указала на стол с папками.
Аудиторы синхронно кивнули и не менее синхронно извлекли из карманов флакончики с пилюлями. Одновременно забросили в рот по белому шарику, после чего все же рассинхронились, потому что каждый двинулся к своему месту.
- Что это они такое проглотили? – ошарашенно спросила Кристина.
На лице господина Морнье быстро промелькнули несколько выражений. От «Как, это же все знают?!» до «Ах, да, в сферах, где вращается молодая госпожа, могут и не знать».
- Церебрин, - услужливо пояснил он.
- Разве его не…? – Кристина изобразила укол в вену.
- Нет, конечно, госпожа Кармин. Это церебрин-7 или двенадцать колют. А наш, бухгалтерский, церебрин-3 – только так. Иначе все руки будут исколоты, его же постоянно приходится принимать. Без него ни цифры не сложишь правильно и вовремя, ни данные не запомнишь…
Понятно. Превращает человека в живой калькулятор тире компьютер. Хотя, с точки зрения филологии – это одно и тоже. И слово «калькулятор» и слово «компьютер» переводятся как «вычислитель». Только первое – с латыни, а второе – с английского.
- …нет, мы не заставляем, конечно, церебрин, он, знаете ли, при постоянном приеме…
«Да уж. Вижу» - подумала Кристина, глядя как аудиторы, глядя перед собой стеклянными глазами, быстро-быстро перекладывают бумаги из одной стопки в другую, одновременно делая какие-то записи в блокноты.
Бррр. Жутковатое зрелище.
- Госпожа Эллинэ, уточнение, - поднялся со своего места Круглый.
- Слушаю.
- Обращать ли внимание на странности, которые обусловлены вашими собственными распоряжениями?
Шорох бумаг на секунду затих.
- В особенности.
На то, чтобы перешерстить все десять папок, найти вышеперечисленные странности – а также возможный признак того, что на фабрике ситца в Кордэ воруют, не стесняясь – и изложить их в письменно виде красивым разборчивым почерком, у аудиторов ушло чуть больше двух часов.