- Дядюшка Жанье, дай телефон!
Старик-продавец, понимающе улыбаясь в желтые прокуренные усы, протянул ей коробку аппарата.
Девушка подняла трубку:
- Ф-19-11!
Она подождала соединения, ленивого «Слушаю», после чего, задыхаясь, выпалила:
- Нам нужно встретиться!
Выслушала ответ, бросила трубку и, чмокнув дядюшку в морщинистую щеку, полетела назад, окрыленная пониманием, что скоро увидит ЕГО.
Гримодан проследил, как она остановилась на углу, нетерпеливо посматривая на часы, и опустил бинокль.
Глава 28
- Я видел Спектра.
Гордость, сквозившая в голосе Гримодана, подошла бы охотнику на крупного зверя, какому-нибудь Джону Рокстону, который после долгих дней скитаний по джунглям наконец смог обнаружить след редкой твари, чья голова так здорово будет смотреться на стене над камином. Какого-нибудь несси, йети… на кого там Рокстон охотился? Игуанодона? Птеродактиля? Для Гримодана же она была несколько преждевременной, потому что, собственно, след – это все, что он, фигурально выражаясь, смог увидеть. А след, как известно со времен Мака Твена, нельзя повесить за убийство. И в стакан, учитывая местную специфику, его не запихнешь.
- Проследить? – коротко бросил Мюрелло. Кристина хотела было задать тот же вопрос, но быстро поняла, что если бы Гримодан проследил за таинственным преступником – он бы так и сказал. А раз он его «видел» - значит, следить не стал. И этому наверняка была веская причина.
- Нет, - ответил мошенник, известный не менее, чем сам Спектр, - Уж больно у него цепкий взгляд. Я смотрел на них в бинокль, метров со ста, из окна, сквозь занавеску – и то я не поставил бы последние деньги на то, что он меня не заметил. А уж если следить – точно понял бы. В лучшем случае – скрылся бы. Ну а в худшем… Нет, я, конечно, в своих силах уверен…
Гримодан опустил бинокль. Телефонистка – а он уже успел узнать всех, кто работал на телефонной станции района «Ж» - стояла на углу, притоптывая каблучком и нетерпеливо смотря на часы, висевшие на столбе.
Сработало.
Ровно три минуты назад – вор достал из кармана плоские золотые часы с гравировкой – Эллинэ позвонила в свой особняк, своему главному охраннику. Телефонистка – и это прекрасно было видно в окно, Гримодан не зря выбрал эту позицию – подслушала разговор и тут же куда-то выбежала. И теперь ждет встречи с кем-то, кто может быть только неуловимым Спектром.
Прежде неуловимым. Ведь раньше за него не брался сам Гримодан!
Он все правильно вычислил: не стал бы охранник предавать свою хозяйку и уж тем более – разбалтывать направо и налево ее тайны. Тем более – те, которые в буквальном смысле слова касаются жизни и смерти. Откуда же тогда Спектр узнал, что Эллинэ летит на дирижабле? Потому что разговор велся по телефону. А в каждом телефонном разговоре принимают участие трое: тот, кто звонит, тот, кто отвечает. И телефонистка.
Нет, за подслушивание разговоров и уже тем более за разглашение тайн девушек нещадно штрафуют и увольняют. Но, как известно, любой запрет можно обойти с помощью соответствующей платы. Например…
Гримодан поднял бинокль и скривился.
Любви.
К телефонистке подошел мужчина в котелке и темном костюме. Поцеловал ей кончики пальцев и не нужно было обладать степенью магистра, чтобы только по движениям ее нескладного тела понять, что она влюблена в этого человека как кошка.
«Неудивительно. К такому крокодилу не каждый осмелится подойти. А ей, как и любой женщине хочется романтики. На этом Спектр, похоже, и сыграл… Или я ошибся? И это просто ухажер?».
В этот момент вероятный Спектр лениво оглянулся. Гримодан застыл, замер, вцепившись в бинокль. Это движение… Мошенник его узнал. Он сам так умел: одним долгим взглядом охватить всю окрестность, оценить как возможных шпиков всех, кто попался на глаза и запомнит их для того, чтобы потом определить – не попадались ли эти же «случайные прохожие» на глаза еще раз, в совершенно другом месте. И, хотя он, Гримодан, находился не на улице, а в квартире, за прозрачной кисейной занавеской, но дернись он, чтобы убрать бинокль или как-то иначе отреагируй на взгляд – и этот любовник телефонистки его бы заметил.
Он бы, Гримодан, точно заметил.
«Неужели Хитрый Санлар брал и других учеников?»
- Как он выглядит? – Кристина жаждала узнать внешность своего преследователя. Как говорит наука психология – и сценаристы фильмов ужасов – неизвестность всегда пугает больше. И не то, чтобы она его боялась…