- Астрономия никогда не была моим коньком, - улыбнулась она, - что-то господин Лоскимакк с доктором Фаше задержались.
- Скорее всего, Красс показывает документы. Он тоже, в своем роде, адвокат, и понимает, что никто не должен верить на слово, без подтверждения документами. Как он говорит: «Чем больше бумаг…», впрочем, неважно… Будьте уверены, Арен, владелец этого дома продал его нам честь по чести, даже если и окажется, что это он был вашем родственником – претендовать на особняк вы, простите меня, не сможете.
- А кто был прежним владельцем? Ученый?
- Нет, ученый, доктор… ммм… не помню фамилию… Его построил. Потом, незадолго до своей гибели, он продал его господину Эри, а вот он уже продал его нам.
Незадолго до смерти? Хм. Либо доктор Воркеи чувствовал, что Спектр готовит на него покушение, либо… Чувствуется какой-то подвох…
- А как можно найти господина Эри? – спросила она.
- Это вам лучше спросить у Красса. У него сохранились документы по продаже. Хотя самого господина Эри мы и не видели, все переговоры вел его поверенный…
Ощущение, что она напала на нужный след, стало сильнее.
- Поверенный?
- Да. Доктор Грифф. Странный человек, между нами. Огромного роста, в черных очках и все лицо замотано бинтами. Выглядело это... жутко.
Как говорил Эйс Вентура: «У меня была собака, ее звали – Бинго!». В точку! В яблочко! В самый центр!
- Когда, говорите, дом был вам продан?
- Через неделю будет ровно два года.
Ага… То есть через три недели после «смерти» доктора Воркеи человек, похожий на этого самого доктора, неуклюже замаскировавшего свое лицо, продает дом, который принадлежит доктору Воркеи. И который доктор, якобы, продал незадолго до своей смерти, как теперь понятно – самому себе, только под другим именем.
Да уж, не оторванный от жизни ученый, не замечающий ничего вокруг, такую комбинацию провернуть. Впрочем, талантливый человек талантлив во всем.
- Адрес господина Эри поверенный, случайно, не оставил?
- Всё у Красса…А вот, кстати, и он.
- Арен, милая, я узнал всё, что нужно. Не будем злоупотреблять гостеприимством.
- Ну что вы, что вы, - замахал руками господин Лоскимакк, - Было очень интересно пообщаться с коллегой. Если будут еще какие-то вопросы…
- Тогда я, несомненно, обращусь к вам снова. Было приятно иметь с вами дело, - церемонно раскланялся Мюрелло.
- Простите, - влезла Кристина, - Адрес господина Эри…
- Всё у меня, - кивнул Мюрелло, - Арен, попрощайся с господами, мы уходим.
- Тринадцатый район, сорок первая улица, дом 17, квартира 39? Там живет доктор Воркеи? Ну или там могут сказать, где его искать.
- Вероятно, живет… - с сомнением проговорил Мюрелло, - Лоскимакк говорил, что после продажи он писал на этот адрес и получил ответ.
- Тогда отправляемся туда?
- Не сегодня… Нужно подготовиться.
- Это же в Мэлии, к чему там готовиться?
- В Мэлии. В Темных кварталах.
Ого.
Темные кварталы – расположенные на другом берегу столицы рабочие кварталы и промышленные зоны. Называются так, насколько помнила Кристина, потому что из-за дыма фабричных труб там почти не видно солнца. И соваться туда просто так – все равно что на дурачка лезть в нью-йорское гетто или бразильские фавелы. Пропадешь так, что и через сто лет не найдут. Даже несмотря на то, что там живут рабочие, а не преступники. Тут грань между ними несколько размыта…
Кристина была так довольна поездкой, тем, что они взяли четкий след неуловимого мертвого доктора, что вспомнила про обещанного Спектра, «перевязанного подарочной лентой», только тогда, когда они вошли в свою квартиру и увидели Гримодана.
Тот сидел за столом и гипнотизировал взглядом бутылку с зеленоватой чуть фосфоресцирующей жидкостью. Февер, вспомнила Кристина, местный аналог абсента, крепкий алкогольный напиток, настоянный на травах. Или на медицинских порошках с красителем, если февер оказался поддельным.
Гримодан поднял взгляд и посмотрел на вошедших с такой тоской, что у Кристины чуть не остановилось сердце.
- Ничего не вышло… - печально сказал он.
Глава 32
В тот же день, чуть ранее.
Гримодан щелкнул крышкой новеньких серебряных карманных часов с гравировкой «Доктору Веспье от благодарных коллег». Ровно три часа пополудни. И он точно знает, что сейчас происходит на этой же улице, в толпе на которой он затерялся, чуть дальше, возле телефонной будки.
- Доктор, простите, у вас часы выпали, - он, не глядя, сунул часы в руки седого человека в старомодном костюме, и двинулся дальше, мгновенно затерявшись в толпе и не слушая удивленное «Мы знакомы?».