У детей рабочих детство в десять лет и заканчивалось. Читать-писать умеете? Ну, давайте, работайте. У братьев Мюрелло детство закончилось еще круче. На радостях, что его дети сумели все же выучиться, старый Метоно – собственно, не такой уж и старый, тридцать лет, но работа стеклодувом не красит никого – выпил чуть больше своей обычной нормы, которую свято соблюдал, и угодил в ванну с расплавом. За похороны, за испорченный расплав, пришлось заплатить столько, что их с матерью выгнали из квартиры. Да что там за квартира-то и была – узкая комнатка два на четыре метра, но у других не было и того… В первую же ночь в ночлежке мать подцепила какую-то болезнь, от которой и умерла через неделю в больнице для бедных.
Два десятилетних мальчишки остались одни.
Куда деваться в таких случаях? Нет, вариантов, конечно, много, но работать не тянуло ни одного из них, поступать во флот они не хотели, потому что были наслышаны, как там относятся к мальчикам (это еще не считая порки), по той же причине не хотелось идти в слуги, просить милостыню не позволяла гордость, а красть…
А красть – позволяла.
- И Мюрелло воровал?
- Мы оба - Мюрелло.
- Ну, в смысле, Лено.
- И он.
Только потом их пути из шайки малолетних воришек пошли в разные стороны. Мюрелло – который Мюрелло, в смысле, телохранитель Кристины – ушел в армию. Вернее – в Легион Забвения. Потому что в армию малолеток не брали. А в Легион – брали.
- Я встречалась с одним полковником из этого Легиона.
- Полковник Легиона Забвения? Ха. Этих полковников больше, чем полков в Легионе, раз в десять. Чтобы получить звание полковника достаточно отслужить в Легионе пару лет и внести в казну кругленькую сумму.
- А я-то думала… - образ крутого полковника потускнел.
Короче, один ушел в армию, а второй… А второго взял в ученики Хитрый Санлар. Вор, гремевший в Ларсе лет сорок назад не меньше, чем сейчас – Гримодан со Спектром. Потом он состарился и решил уйти… нет, не на покой, бывших воров не бывает. Уйти в тень. Гримодан – тогда еще Бато – понимал, что учитель хочет подготовить себе не преемника, а, так сказать, аватара – того, кто будет красть, воровать, вымогать и мошенничать вместо него, а он будет сидеть в уютном домике на берегу реки и получать долю от добычи. Но он был согласен. Именно Санлар научил Гримодана всем хитростям и премудростям нелегкого ремесла, именно он подсказал, где получить некоторые навыки, которые будут полезны и которым он научить не может, вроде умения боксировать, именно он научил мальчишку своему своеобразному кодексу, даже прозвище «Гримодан» дал ему именно он.
- А что оно означает?
- На одном из древних языков – «проходящий всюду».
- Отмычка, что ли?
- Ну… Можно и так сказать.
Кодекс вора в изложении Санлара был краток и прост:
1. «Не бери последнее. Никто не заслуживает нищеты»
2. «Не унижай жертву. Это подло»
3. «Всегда работай один. Напарник предаст. Всегда»
4. «Всегда меняй внешность. Иначе опознают»
5. «Никогда никого не убивай. Если только для самообороны».
- А ты говорил, что Спектр – возможно, ученик твоего учителя… твой одноклассник, так сказать. Он же убивает направо и налево.
- Видимо, этот урок он прогулял. Просто в остальном – очень похожие ухватки. В некоторых случаях, когда я узнаю об очередном трюке Спектра, я даже ловлю себя на мысли, что поступил бы точно так же, потому что так учил Санлар. Прямо слышу его голос…
- Слушай! – Кристина схватила собеседника за рукав – А Спектр не может быть твоим учителем?!
- Нет, - покачал головой Гримодан. И сам качнулся из стороны в сторону – февер начал побеждать и его, - Санлару было бы уже семьдесят, Спектр гораздо моложе. И Санлар умер на каторге восемь лет назад. Нарушил свой собственный кодекс – и попался.
- Убил? – предположила Кристина. И попала в точку.
- Убил. Решил напоследок тряхнуть стариной, проник под видом полицейского в один богатенький замок – и попался на горячем. Пришлось убивать хозяйку дома. Правда, следы он замел качественно, куда там лисе, но убийство – это убийство. Жених дочки убитой, какой-то репортер, прямо зубами вцепился в тот случай и размотал клубочек. Санлар попытался сбежать, но журналист прямо как ищейка, пошел по следу, выследил его и отдал полиции.