- Это я прекрасно помню. Но ты кое-что забыла, - мягко напомнил он мне, однако в моей памяти ничего не всплыло. В доказательство я медленно покачала головой. Губы отца превратились в тонкую ниточку.
- Хочу напомнить тебе, что ты обещала сделать все, что угодно, если я помогу тебе поступить на журфак, - не выказывая никаких эмоций, произнес отец.
В первые несколько мгновений эти слова не возымели на меня никакого эффекта – дело давнее, мало ли, что я там говорила. И только потом, когда эхо отцовских слов перестало висеть в воздухе, а осело где-то с внутренней части моей головы, перед моими глазами вдруг вспыхнула яркая картинка.
Мои горящие от радости глаза и слегка приоткрытый рот – я уже на низком старте, готова запищать от волнения, но все еще не могу поверить в свое счастье.
- Ты серьезно? – я посмотрела на отца не верящими глазами.
- Вполне, - кивнул папа. – Я помогу тебе поступить, но за тобой будет должок.
- Все, что угодно, - порывисто произнесла я.
Папа оценивающе посмотрел на меня, особенно выделив горящие от радости глаза.
- Будь осторожна в таких выражениях, - сказал он.
«Будь осторожна в таких выражениях». А ведь папа меня предупреждал, да и мне нужно было подумать, прежде чем соглашаться на его условия – отец никогда не забывал о долгах. Тем более, я даже не знала, что мне предстоит сделать. Но в тот момент я не могла думать ни о чем другом, кроме своего будущего в журналистике, и разве я могла не согласиться и упустить такой шанс? Да и чего я переживаю, в самом деле? Что такого страшного может понадобиться от меня отцу? Сейчас он расскажет, в чем дело, и я верну долг. Хотя вот только по мелочам папа ко мне бы не стал обращаться, у него для этого есть много помощников. Интересно, какую такую проблему могу решить я, с которой они справиться не смогли?
- Судя по лицу, твоя амнезия закончилась, - удовлетворенно произнес папа.
- Можно и так сказать, - отрывисто кивнула я. Кофе в моей кружке уже почти остыл. – Так что же мне предстоит сделать? – я надеюсь, будет что-то несложное, вроде сопровождения папы на какой-то званый вечер. Но, глядя на мрачное выражение отцовского лица, я теряла всякую надежду.
- Ох, мне казалось, что все будет проще… - он, что… мучается? Никогда его таким не видела! Краем глаза отец заметил, как у меня удивленно приоткрылся рот, и в следующее мгновение он уже спрятал свое лицо, прикрыв его ладонью. Ему понадобилось всего несколько секунд, чтобы вернуть свое внутреннее равновесие. Ладонь вернулась на стол, и вот уже передо мной сидит деловой человек, по лицу которого сложно что-то прочитать. Ровная сосредоточенная маска. Аж холодом повеяло. – Выслушай меня внимательно, - ровным тоном говорил папа. – Ты должна знать, что я перепробовал все, что мог, чтобы решить свои проблемы. Но ничего не получилось. Сразу скажу, что это касается не только меня, это касается всей моей фирмы.
- Она разорилась? – почти шепотом спросила я.
- Пока нет, но это может случиться в ближайшем будущем, прогнозы на несколько следующих лет довольно удручающие, - по лицу папы пробежала тень, но он сдержался, лишь на мгновение стиснув кулак. – Остается только одно – укрепить позиции, соединив фирму с компанией Анатолия Вербицкого.
- Вербицкий готов пойти на сделку? – ошарашенно проговорила я. Анатолий Вербицкий – давний товарищ отца, который всегда был успешнее в бизнесе, чем он. Папа многому у него научился, но так и не смог добиться таких же огромных успехов, как и Вербицкий. Если последний решил соединить свою компанию с отцовской… Ого-го, ждите корпоративного монстра!
- Мы уже давно хотели произвести слияние, но моя фирма стала приносить убытки, поэтому Анатолий решил не спешить с подписанием договора, - продолжал отец свой рассказ. – Мы ждали, когда фирма восстановится, но становится только хуже, так что Вербицкий выступит в роли… спасателя… Скажем так, у него есть возможности спасти мою фирму, много, - я увидела, как скривился кончик отцовского носа. Понятное дело, его бесило, что нужно быть на вторых ролях. Видимо, дело совсем плохо, раз отец решил под кого-то прогнуться.
- Мне очень жаль, что дела фирмы идут плохо, но что я могу сделать? Вряд ли тебе нужно мое благословение на слияние компаний.