– Ну что, Белоснежка, – ухмыльнулся здоровяк, снова наклоняясь ко мне. – Будем знакомиться или сразу установим связь?
Голос за моей спиной изменился – стал жестким, угрожающим, с тоном, в котором не осталось места для шуток:
– Никаких прозвищ, Вейд. Девушка не заслужила такого отношения.
Здоровяк лишь растянул губы в самодовольной улыбке. Его глаза весело блеснули, когда он повернул голову в сторону моего защитника.
– Если тебе не нравится «Белоснежка», – протянул он с вызовом, – могу звать ее «Флаерок».
Он раскрыл ладони, будто разворачивая невидимую листовку.
– Как тебе такое?
И в следующий миг случилось то, чего я никак не ожидала. Кулак со свистом врезался в его челюсть, резко отшвырнув голову набок. Звук удара был настолько громким, что я вздрогнула, а в аудитории на мгновение повисла тишина.
Я схватила планшет и отступила назад, стараясь не оказаться между ними, но не могла оторвать взгляд от происходящего.
Моего защитника я видела только со спины: светлые, чуть растрепанные волосы, спортивная фигура, подчеркнутая формой, сидящей идеально. Он стоял, слегка наклонившись вперед, готовый к следующему удару.
Лицо Вейда исказилось от ярости.
– Ты что, совсем охренел?! – прорычал он.
И пространство взорвалось движением.
Завязалась драка – стремительная, резкая, почти хищная. Двое сцепились, забыв обо всем вокруг. Они двигались быстро, с точностью тех, кто привык отрабатывать удары до автоматизма. Здоровяк ринулся вперед, рассчитывая сокрушить противника массой, но тот уверенно уклонился и ответил жестко, без колебаний.
Я не могла отвести глаз от его фигуры. Светлые волосы разметались во время схватки. Широкие плечи и напряженные мышцы спины выдавали скрытую силу. Он был не громоздким, но в каждом точном движении, в молниеносной реакции читалась мощь.
Он не уступал. И с каждой секундой становилось ясно – его противник ошибся, выбрав себе не ту цель.
Разъяренный Вейд вложил всю массу в новый удар. Но мой защитник снова оказался быстрее: шаг в сторону, легкий уход – и его кулак стремительно врезался в солнечное сплетение противника.
Здоровяк коротко выдохнул и, согнувшись, отлетел назад. Его массивное тело врезалось в ближайшую парту, перевернув ее с оглушительным грохотом. Падая, он задел несколько стульев: один с лязгом врезался в стену, другой со скрежетом проскользил по полу.
Аудиторию накрыла звенящая тишина.
И именно в этот момент в дверь вошел профессор. Высокий, седой, с тяжелым взглядом.
– Что за цирк? – его голос грянул, как гром. – Вы что, забыли, где находитесь?
Все замерли, словно школьники, застигнутые за шалостью. Оба противника стояли напротив друг друга, но уже не решались продолжать.
– Вы и вы, – профессор указал на дерущихся, – к директору. Немедленно.
Никто не спорил. Мой защитник бросил последний взгляд на Вейда, развернулся и вышел. Тот последовал за ним, но, проходя мимо, метнул в меня злой, колючий взгляд. Я не опустила глаза.
Профессор тяжело вздохнул.
– Что ж, – сказал он, – это было зрелищное начало учебного года. Теперь, давайте успокоимся и начнем лекцию.
В этот момент прямо над ним замигала лампа. Он нахмурился и раздраженно постучал по световой панели указкой. Лампа еще пару раз подергалась и наконец вспыхнула ровным светом.
– Так-то лучше, – пробормотал он и, будто ничего не случилось, подошел к доске.
Аудитория постепенно успокоилась: девушки и парни заняли свои места, гул голосов стих, и вскоре в классе воцарилась сосредоточенная тишина. Я тоже села за парту, стараясь вести себя так, словно ничего не произошло. Но внутри меня бешено колотилось сердце и все еще звучала одна мысль:
кто был тот парень, вставший на мою защиту?
Глава: 5
/Крошка Ив/
Ее забрали одной из последних. Когда двери лифта разошлись, она замерла. Глаза расширились, дыхание перехватило – перед ней стоял Он.
Он был воплощением необузданной силы и безупречного совершенства. Силуэт, словно выточенный самой тьмой, сочетал в себе мощь и изящество. Каждая линия доведена до идеала: плавные изгибы переходили в резкие, хищные грани, а темная гладкая поверхность ловила отблески света, заставляя сердце биться чаще.