Ничего прекраснее она еще не видела.
От него исходило напряжение – почти живая энергия, дикая и свободная. В нем не было ничего лишнего: только чистая мощь, готовая сорваться по первому приказу. Она чувствовала его потенциал, его жажду движения, его готовность подчиняться – но лишь тому, кто достоин.
И тело отзывалось на это ощущение: по коже пробежали мурашки, в груди вспыхнуло теплое, тревожное пламя.
Она сделала несколько шагов и коснулась его. Холодный, гладкий, почти живой. Под ее пальцами пробежала едва уловимая вибрация, будто он отвечал на прикосновение.
– Почему он не дышит? – спросила она, подняв глаза на мужчину рядом.
Тот на миг растерялся.
– Он дышит, – наконец сказал он низким, спокойным голосом. – Просто не так, как мы. Его дыхание – это энергия. Ты почувствуешь его, когда он оживет.
– Можно? – в ее голосе звучало нетерпение.
Прежде чем он успел ответить, она задрала подол платья, обнажая белоснежную кожу бедер, и ловко устроилась на антигравитационном мотоцикле.
Он сжал челюсти, заставляя себя отвести взгляд. Лишь спустя мгновение выдавил:
– Можно…
Голос прозвучал хрипло, неуверенно. Он знал, что это плохая идея, но остановить ее было невозможно.
– Только будь осторожна. Он…
Договорить он не успел.
Двигатель ожил, издав низкий, вибрирующий звук, и она с шумным выдохом ощутила, как мощь, скрытая под гладким корпусом, пронеслась по ее телу электрическим разрядом.
– …чувствителен к прикосновениям, – закончил он, пересиливая желание вырвать управление из ее рук.
Вместо этого он надел на нее шлем и устроился сзади. Его ладони легли на ее талию – не крепко, но достаточно, чтобы ощущать, как ее дыхание сбивается от переполняющего восторга.
– Газ здесь, тормоз – здесь, – коротко объяснил он, показывая панель управления.
Она кивнула.
– Если все ясно, можешь проехать пару метров.
Он успел лишь вдохнуть, прежде чем мотоцикл рванул с места, поднимая за собой вихрь пыли и оставляя их в полной власти скорости.
– Крепь тебя разорви! – вырвалось у него.
Ярость, ошеломление и восхищение смешались в этих словах.
Мотоцикл рвал пространство. Ветер свистел в ушах, адреналин гнал кровь по венам, сердце колотилось в груди. Она не притормаживала. Ни на миг. Каждый поворот проходила на безумной скорости, будто проверяя – выдержит ли она. Выдержит ли он.
На одном особенно резком вираже их едва не выбросило с трассы. Он сжал зубы, ожидая, что теперь она сбавит ход, но в ответ услышал лишь искренний, ликующий смех.
– Как поднять его в воздух? – перекричала она ветер.
– Что?! – он не сразу понял, но она уже повернула голову, требуя ответа.
Он и сам не понял, зачем сказал это. Может, надеялся, что она передумает. А может, просто не успел включить здравый смысл.
– Рычаг под правой рукой. Потяни большим пальцем.
Едва слова сорвались с губ, ее рука уже легла на управление.
Мгновение – и они взмыли в небо.
Мир изменился. Земля осталась внизу, впереди раскинулось бескрайнее небо. Она закричала от восторга, ее голос смешался с гулом двигателя. А он почувствовал, как сердце бьется все быстрее – не от скорости, а от осознания: что эта малышка совсем не ведает страха.
Она ехала слишком быстро, брала слишком резкие углы, словно проверяя границы возможного. В какой-то момент он понял: если не перехватит управление сейчас, то вскоре их обоих будут собирать по кусочкам.
Его пальцы сжались на консолях, мгновенно блокируя маневры. Транспорт вздрогнул, подчиняясь его команде, и начал снижаться. Скорость резко сократилась, и уже через несколько секунд они коснулись земли. Гравий разлетелся в стороны, воздух наполнился запахом перегретого двигателя и металла.
Как только мотоцикл замер, он резко сорвал с себя шлем и вышел из седла.
Легкий ветер тронул его волосы, но он почти не заметил этого. Грудь тяжело вздымалась, сердце все еще колотилось в бешеном ритме.