«Наэлия, ты выйдешь за меня?»
Неизменным оставалось только одно – мой распорядок дня: беговая дорожка, капсула, еда, обучение, сон. И снова беговая дорожка.
Но сегодня все изменилось.
Я стояла у скальной стены. Беговой дорожки больше не было. Вместо нее – его руки на моих плечах, теплые и тяжелые.
Он склонился ко мне и тихо прошептал:
– Достаточно. Если ты не можешь сделать выбор, я сделаю его за тебя.
Я закрыла глаза и опустила голову на его плечо. И тут внутри меня что-то дрогнуло. Желание, которое я так долго подавляла, нахлынуло с силой волны. Сердце забилось чаще, кожа загорелась, в животе разлилось тепло. Казалось, каждая клеточка моего тела ждала именно этого – его прикосновения, этой близости.
Он развернул меня к себе. Его руки скользнули по моим плечам, лицо приблизилось к губам. Я подняла ладонь и коснулась его губ, останавливая.
Его янтарные глаза встретились с моими, и я тихо сказала:
– Прежде чем создать с тобой связь, я хочу проститься со своим стражем.
– Вельвира… – начал он, но я перебила:
– Ты хочешь заполучить меня. А я хочу проститься с ним. И попросить у него прощение.
– Это невозможно.
– Тогда открой мне проход. И уйди с дороги.
– Вельвира…
– Мор’Раан, я устала бороться. Я готова тебе уступить. Но чтобы двигаться дальше, я должна отпустить прошлое.
Мои слова повисли в воздухе. Я почувствовала, как его тело напряглось, но он не стал спорить. Его руки опустились, и он отступил.
Желание, что он пробудил во мне, все еще пульсировало в крови, но вместе с ним пришло и осознание: я не могла просто забыть Тейрона. Не могла стереть его из своей жизни. Он был ее частью. И я обязана была хотя бы попрощаться.
– Хорошо, – наконец произнес Мор’Раан. – Но помни: твое место здесь, рядом со мной.
Я кивнула.
Мы поднялись на его корабль, и он мягко взмыл в воздух. Мор’Раан направил его к одному из парящих утесов. Там, в пустом зале, стояла единственная капсула, словно высеченная из черного льда. В ней лежал Тейрон.
Я обернулась к Мор’Раану – к воину, который не раз нарушал законы ради меня, к тому, кто одним прикосновением пробуждал желание, кто был готов сражаться и умереть ради меня. Я улыбнулась с теплом и признательностью.
– Можно я побуду с ним наедине? Это важно.
Его глаза сузились, губы сжались, но он отступил. Между нами выросли стены. Может, он и впрямь любил меня так сильно, что исполнил мою просьбу. А может, просто был уверен: что даже если я решу составить компанию моему стражу, он спокойно сможет меня забрать и разбудить уже в постели нашего дома.
Я осталась одна.
Долго смотрела на Тейрона. Его лицо было спокойным, волосы слиплись от засохшей крови. Я опустилась на колени, протянула руку и осторожно провела по его волосам.
Я раскрыла губы, чтобы сказать «прости», но слова застряли.
Я не хотела убивать своего стража.
Мое сердце, моя душа – если у меня вообще была душа – кричали одно: «Нет!»
Я не могла его отпустить.
Я поднялась на ноги.
– Я сделала все, что могла, Тейрон. Теперь все зависит от тебя, – сказала я и легла рядом.
Я взяла его за руку, переплела наши пальцы и прошептала.
– Тейрон. Щит.
Уже погружаясь в сон, я увидела над собой слабое голубоватое свечение, словно обещание защищать меня всегда. И тогда я поняла: настоящая битва только начинается.
***
Пробуждение было таким, словно я лишь на секунду прикрыла глаза, а теперь снова открыла их. Но все вокруг изменилось.
Надо мной сиял щит – яркий, ослепляющий. Рядом лежал Тейрон, мой страж. Его рука привычно скользнула под меня и прижала к себе. Я обняла его, прижимаясь всем телом, стараясь напитаться этим мгновением. Секунда – и я распахнула глаза.
– Тейрон, держи щит и не отпускай моей руки, – приказала я, поднимаясь.