Его глаза раскрылись, полный вопросов взгляд встретился с моим, и я едва удержала улыбку.
– Я все объясню позже, – сказала я. – Сейчас вставай. Нас ждет главный бой.
Первым я увидела Мор’Раана. Он был зол. Так зол, что щит, возведенный между нами, потрескивал искрами. Его взгляд опустился на ладонь Тейрона, лежащую у меня на талии, и мне даже показалось, будто я слышу скрежет его зубов.
А потом я заметила их.
Они окружили нас – высокие мужчины в длинных плащах, скрывающих фигуры, в черных масках на лицах. И тогда я поняла: они собрались, чтобы решить судьбу Тейрона, земного мужчины, моего стража.
– Я знаю, что по вашим законам он не должен здесь находиться, – обратилась я к ним.
В этот момент взгляд стоявшего за моей спиной Тейрона был прикован к моим волосам, спадавшим до бедер. Его пальцы дрогнули на моей талии, когда вместо привычной речи из моих уст полились чужие слова. Но я даже не заметила этого и продолжала:
– Я знаю, что он – другой. Что сегодня вы намерены решить его судьбу. Но его единственная «вина» в том, что он оказался здесь из-за меня. Я не отпустила своего стража и не намерена этого делать впредь. Поэтому я прошу лишь об одном – дайте нам шанс.
Холодные голоса за масками ответили почти в унисон:
– Мы не можем этого допустить.
– Мы не доверим твою жизнь лишенному силы.
– Планета убьет его, а вместе с ним и тебя.
– Мы не станем рисковать женщиной.
– Вернуть нас на Землю вы тоже не можете? – спросила я, хотя знала ответ.
– Ни одна женщина не покидала нашей планеты и не покинет. Это запрещено.
– И что же нам тогда делать? – больше себе, чем им, прошептала я.
И они ответили. Их решение было жестоким: стража вновь усыпить, а меня передать Мор’Раану.
Я улыбнулась и, высоко подняв голову, произнесла:
– Я не согласна. И, как я понимаю, сломать щит, созданный земным мужчиной, но в основе которого женская энергия, вам не удастся.
– Его сила иссякнет, – последовал холодный ответ.
– То есть вы все-таки готовы рисковать здоровьем женщины? – уточнила я. – Я предлагаю не ждать, пока я ослабею настолько, что щит падет? Давайте решим все здесь и сейчас. Простым и ясным способом.
– Поединком? – усмехнулся Мор’Раан.
– Нет, – я перевела на него взгляд. – Поцелуем. Могу я поцеловать тебя?
Тишина стала оглушительной. Янтарные глаза Мор’Раана вспыхнули огнем.
– Вельвира… – выдохнул он.
– Да или нет?
Он протянул руку.
– Да, моя Вельвира. Ты можешь целовать меня всегда, когда пожелаешь.
– Я желаю. Сейчас.
Он кивнул, принимая мое решение. Я обернулась к Тейрону. Но стоило поднять взгляд, и все слова застряли в горле, утонув в глубине его темных глаз, которые неотрывно смотрели на меня. Отругав себя за слабость, я приказала:
– Опусти щит.
Я шагнула вперед, но Тейрон удержал меня, притянул к себе и отрицательно качнул головой.
– Тейрон, – произнесла я холодно и отчетливо. – Пока ты спал, многое изменилось. Моя судьба решается здесь и сейчас. И я не позволю ни тебе, ни Мор’Раану, ни кому-либо еще вмешиваться в мое решение. Поэтому… опусти щит.
Он упрямо покачал головой. Я в отчаянии сжала кулаки. Почему с этим стражем все всегда так сложно?
– Хорошо, тогда я выберу Мор’Раана, – произнесла я холодно, указывая на воина в черном облачении. – Как долго ты сможешь удерживать меня, страж? Сутки? Двое? Если повезет. А потом моя энергия иссякнет. Тебя снова усыпят, и мы больше никогда не увидимся. Поэтому опусти щит, земной страж.
Щит исчез.
Я удовлетворенно кивнула и развернулась к Мор’Раану.
– Спасибо, – прошептала я, – за заботу. За то, что защищал меня. И… прости мое глупое сердце, которое заставило тебя вынести так много боли.
Его взгляд смягчился, стал глубже.
– Ради тебя я готов вынести куда больше, Вельвира, – ответил он негромко.
Я улыбнулась с нежностью и, преодолев последние шаги, обвила руками его шею, притянув к себе. Его дыхание коснулось моей кожи, время словно замедлилось. Это было не просто прикосновение – это была сила, необъятная и чистая, заполняющая каждую клеточку. Тело дрожало от его близости, внутри разгорался жар – не обжигающий, а притягательный, словно танец звезд в бесконечном космосе. Он лишал воли, оставляя лишь желание раствориться в нем.