Напряжение, сковывающее меня, вдруг ослабло. Я улыбнулась и, кажется, впервые за долгое время смогла дышать свободно.
– Мор’Раан, – сказала я твердо, – я принимаю это условие. Но до совершеннолетия девочки никакой физической близости. Это запрет.
Он усмехнулся.
Мы дождались официального подтверждения от их судей, или как они там называются. Услышав согласие, я повернулась к Тейрону.
– Опусти щит, – произнесла я спокойно.
Он повиновался мгновенно. Пространство вокруг дрогнуло, и энергетическая преграда, отделявшая меня от остального мира, растворилась.
Я протянула клинок Мор’Раану. Лезвие лишь коснулось его костюма, как тут же исчезло, впитавшись в живую материю брони.
– Спасибо, – сказала я, встречая его взгляд.
Его янтарные глаза вспыхнули огнем.
– Вельвира… – прошептал он.
– Наэлия, – поправила я. – Мое имя Наэлия.
– Наэлия, – повторил он, будто пробуя имя на вкус.
Его рука медленно поднялась, пальцы замерли в воздухе, почти касаясь моего лица. Но он так и не дотронулся. Ведь теперь я была официально признана женщиной земного стража. Женщиной первого смертного мужчины, которому позволили остаться на планете Ор’Ксиаров.
Я победила! И это было чертовски крутое чувство.
Глава: 44
Когда мы покинули зал и вышли на уступ, я остановилась, давая Тейрону возможность рассмотреть мир, который теперь станет нашим домом. Этот мир был не похож на Землю, но в его чуждой, суровой красоте было что-то завораживающее.
Внизу простирались скальные хребты – темные, изрезанные глубокими разломами. Их острые края терялись в бездонной дали, а над ними раскинулось густое, темно-аметистовое небо, тревожное и глубокое, словно водная гладь перед бурей. В его глубинах временами вспыхивали призрачные отблески алого света – слабые, но живые всплески дыхания планеты.
Я взяла Тейрона за руку и повела к нашему кораблю. Я не отпускала его ни на миг – не потому, что нуждалась в ее поддержке. Нет. Теперь я делилась с ним своим теплом, своим спокойствием. Это был мой дар – ощущение, что все позади, что он больше не один. В этом тихом чувстве жила радость.
Мы победили.
Мы вместе.
Я справилась.
Мор’Раан доставил нас туда, где, по его словам, можно было чувствовать себя относительно в безопасности. Среди высоких скал раскинулось плато, окруженное естественными барьерами из застывшего камня. Вдоль края тек тонкий ручей, его вязкая субстанция переливалась теплым светом, отражая вспышки неба.
Когда мы ступили на темную, каменистую землю, Мор’Раан медленно огляделся и произнес:
– Это одно из самых устойчивых мест, что я знаю. Здесь не бывает резких сдвигов, а скалы защищают от большинства штормов.
Он сделал паузу и встретился со мной взглядом.
– Но даже оно не будет полностью безопасным. Кроме Ор’Ксиаров на этой планете нет ничего по-настоящему надежного.
– Я не передумаю, – ответила я, уловив его намек.
Он пристально посмотрел на меня, прежде чем заговорить снова:
– Наэлия, я могу построить для тебя дом. Но чтобы сделать его нерушимым, нам нужно смешать наши энергии. Для этого я должен тебя коснуться.
– Все в порядке, – спокойно сказала я. – С этой задачей я справлюсь сама. Если не сложно, коснись моей шеи.
Он кивнул, и его ладонь легла на мою шею. Его тепло разлилось по телу, но я не позволила себе отвлечься. Я начала выстраивать дом. Каждый сантиметр я создавала с мыслью о том, чтобы он стал единым, прочным целым – словно щит, созданный мужчинами Земли с помощью женской энергии.
По совету Мор’Раана я устроила спальню на нижнем ярусе, прямо в скале, чтобы можно было укрыться во время бури. Проблема оставалась с дверями: вместо них пришлось оставить проемы. Я решила, что позже мы найдем решение. Закончив с основой, я добавила мелочи – мебель, посуду. Все это я сделала таким же нерушимым, чтобы никто не мог использовать материал нашего дома против нас.
Сделав глубокий вдох, я выдохнула. Перед глазами все еще плясали яркие искры, но я не хотела растягивать работу на несколько дней. И уж точно не собиралась проводить рядом с Мор’Рааном ни одной лишней минуты.