– Мне так хочется делать что-то обычное, – прошептала я.
Но как только прилетел Мор’Раан, все мысли улетучились. Желание создать дощечку и нож, чтобы нарезать питательную массу на десятки, а лучше сотни кусочков, исчезло. Однако я все же взяла воина за руку, и черный костюм привычно отступил на запястье, позволяя коснуться его кожи.
– Что хочешь создать на этот раз? – спросил он спокойно.
Я усмехнулась. Его уловки я знала давно. Если оказывалось, что я не хочу ничего творить, он уходил раздраженный и, как правило, вымещал злость на Тейроне, пытаясь его убить. Но стоило мне начать создавать, передавая ему часть своего Света Жизни, он тут же успокаивался. И сейчас… сейчас он снова пытался заболтать меня, лишь бы я не отпускала его руку.
– Кроватку для девочки… и пару мелочей, – ответила я. Но уже в следующий миг осознала: я не просто держу его за руку, я держусь за нее.
Внутри что-то сжалось, мир сузился до одной точки.
Ко мне тут же подбежала Миа и заглянула в глаза.
– Лия?
– Кажется, я рожаю.
Осознавать это было чертовски страшно.
Мор’Раан потребовал, чтобы Тейрон немедленно снял защиту и не тянул из меня энергию. Но Тейрон только покачал головой. В ту же секунду они сцепились взглядами. Воздух вспыхнул напряжением. Если бы взгляды могли убивать, мы бы уже копали две могилы. Казалось, еще мгновение – и они бросятся друг на друга. Но Мор’Раан не нападал, и Тейрон тоже.
Тогда вмешалась Миа. Выгнав мужчин наружу, она обхватила меня за плечи и осторожно повела вниз. Уходя, я заметила, как ее воин встал между мужчинами и что-то стал объяснять моему стражу. Тейрон, уже начавший понимать их речь, сдержанно кивнул.
– Не думаю, что снимать защиту – хорошая идея, – сказала я, вспоминая площадку за беговой дорожкой. Там постоянно толпились корабли: стоило одним улететь, как их место занимали другие. Так продолжалось, пока Тейрон не устраивал очередную показательную казнь. Тогда наступало затишье. Но проходило время и все начиналось заново.
– Хорошая идея это или нет, они решат и без нас, – твердо сказала Миа. – Идем.
Мы спустились в спальню. Она помогла мне улечься на кровать, и на какое-то время мне даже показалось, что все не так уж страшно. Кошка отвлекала разговорами, рассказывая что-то мелкое и неважное, перемежая слова подсказками: как сидеть, как дышать. Ее рука крепко держала мою, и всем своим видом она показывала, что не оставит меня. И ее уверенность понемногу передавалась мне.
Но вдруг я услышала чужие голоса совсем рядом. Женские. И говорили они на моем родном языке. Паника подступила мгновенно, накатив волной.
Когда они спустились в спальню, я забыла, как дышать.
– Вы еще кто такие? – сорвалось с моих губ.
– Нас прислал Высший Круг. Чтобы помочь, – сказала старшая. Она держалась с достоинством, но в ее голосе сквозила твердость человека, привыкшего, чтобы его слушали.
– Мы не раз принимали роды у женщин и знаем, что делать, – добавила другая, с круглым лицом.
– Мне не нужна ваша помощь! Убирайтесь! – резко отрезала я, а тише добавила: – Кто вас вообще сюда пустил?
Они явно не ожидали такого приема, но все же продолжили говорить, надеясь, что я передумаю. Но у меня не было на это ни сил, ни желания. Меня скрутило очередной схваткой, и в этот момент старшая осмелилась сделать шаг ко мне.
Я зарычала.
Миа среагировала мгновенно: шерсть встала дыбом, хвост хлестнул по воздуху, когти выскользнули из лап. Она ощетинилась так, что даже я на миг испугалась, забыв про схватку. Но она про меня не забыла…
– Твою ж… – выдохнула я, стискивая зубы до звона в ушах.
– Уходите, – приказала Миа, вставая между мной и незваными гостьями. Ее голос был низким, почти рычащим.
Видимо, женщины знали о ее расе то, чего не знала я, потому что они испуганно отступили. Поднялись наверх и, бросив на прощание лишь одно:
– Если мы понадобимся, мы будем наверху.
Миа снова стала спокойной и вернулась ко мне, ее ладонь легла на мою.