Но взгляд скользнул к браслету на моем запястье. Он выглядел безобидным, символом защиты, и все же в его присутствии теперь таилось нечто тревожное.
– Тейрон, – тихо сказала я, и в голосе прозвучала тень беспокойства. – Высший круг. И те женщины… Как они узнали, что у меня начались роды?
Он не мог ответить, но я уже сама продолжала развивать мысль:
– Их не могли предупредить Ор’Ксиары. На это потребовалось бы гораздо больше времени.
Я подняла руку с браслетом.
– Это не просто защита. Это нечто большее. Они все знают. Более того… я не могу его снять. Он словно сжимает запястье и обжигает кожу.
В глазах Тейрона мелькнула тень тревоги. Он уже знал.
Я не раз замечала след от ожога на его руке – значит, он пытался снять браслет. И не смог. Но самое страшное было в другом. Такой же браслет сиял на запястье нашей девочки.
– Тейрон, – прошептала я, чувствуя, как по спине пробегает холодок, – у Орисы тоже браслет. И я даже не знаю, радоваться этому или бояться. Поэтому, пожалуйста… никогда больше не снимай защиту с нашего дома.
Он молча кивнул, потом притянул меня к себе и поцеловал.
После этого разговоры нам были ни к чему…
Эпилог
Несколько лет спустя.
/Крошка Ив/
Грегор сидел на трибуне, крепко держа на коленях своего сына. Малыш с восторгом смотрел на огромные мониторы, где мелькали изображения антигравитационных мотоциклов, несущихся над рекой с головокружительной скоростью.
– Дамы и господа, сегодня мы стали свидетелями возвращения легендарной гонщицы! – голос ведущего разносился над ареной. – Крошка Ив, покорившая сердца миллионов, снова на трассе! И, как всегда, она не перестает удивлять своей смелостью и мастерством!
Грегор сжал кулаки, когда экраны показали, как Ив без раздумий пронеслась под низким мостом, едва не зацепив его, в то время как остальные участники пролетели сверху. Трибуны взорвались аплодисментами и восторженными криками.
– Мама, мама! – радостно закричал малыш, указывая пальчиком на экран, где промелькнул мотоцикл Ив.
– Да, сынок, это мама, – улыбнулся Грегор, но в его голосе звучало напряжение.
– Крошка Ив не просто проходит поворот – она рисует его на воде! – восторженно выкрикнул ведущий. – Сумасшествие! Но какое зрелище!
Толпа ахнула, и он продолжил:
– Многие думали, что она больше не вернется. Что авария в песках, семья, ребенок и долгая пауза поставят точку в ее карьере. Но скажите, друзья, разве Крошка Ив когда-нибудь подчинялась правилам?
Грегор невольно улыбнулся. Нет, никогда. Даже на последнем месяце беременности она отказалась пропустить экзамен по вождению, уверяя, что справится. Он помнил, как она снова завалила тест из-за превышения скорости, и как он тогда облегченно вздохнул. Ведь знал: сдай она экзамен – и уже на следующий день потребовала бы записать ее на гонку.
– Так с какого раза она сдала на права? – шепнула Марта, сидевшая рядом.
– С одиннадцатого, – усмехнулся он.
Марта удивленно вскинула брови.
Грегор добродушно улыбнулся, покачивая сына. Эти несколько лет позволили Ив восстановиться и подарили им мальчика – точную копию Грегора в миниатюре. Темные волосы, линия губ, нос – все было от отца. Но глаза… светлые, холодные, как небо после грозы – они принадлежали матери. При виде машин в них уже мерцал тот самый огонь, что вспыхивал в глазах Ив, когда она мчалась на своем мотоцикле.
– Посмотрите, как идеально Крошка Ив проходит «змейку» реки! – возбужденно воскликнул ведущий. – Она обгоняет соперника за соперником!
Маневры были столь рискованными, что даже Грегор, привыкший к ее безрассудству, почувствовал, как живот сводит от страха. Но она справилась. Она всегда справлялась.
На финишной прямой трибуны взорвались овацией. Ив пришла второй, но для Грегора это не имело значения. Он подхватил сына и, указывая на экран, где Ив снимала шлем, сказал:
– Смотри, сын, это твоя мама! Лучшая гонщица в мире!
Малыш радостно захлопал в ладоши.
Когда толпа начала расходиться, Грегор направился к Ив, но дорогу ему перегородили двое мужчин в строгих костюмах.