Но ничего.
Ни малейшей вибрации, ни даже тени Света Жизни, который должен был быть в каждой женщине.
Он посидел так еще немного, потом отпустил ее руку.
Теперь он понимал, почему треть центра тянулась к ней с поцелуями. Поцелуй стирает границы, смешивает дыхание, заставляет сердца биться в одном ритме – и тогда энергия высвобождается мощным потоком. В такие моменты можно уловить даже то, что скрыто глубоко внутри. Но сама мысль о том, чтобы уподобиться тем щенкам, которые пытались разбудить в ней хоть какие-то чувства, вызывала у него лишь отвращение.
– Ив, чем хочешь заняться? – спросил он, стараясь отвлечься от навязчивых мыслей.
Ее глаза тут же загорелись. Она ответила почти мгновенно, будто давно ждала этого вопроса:
– Погонять на твоем мотоцикле.
Грегор нахмурился.
– А еще чем? – уточнил он, надеясь услышать что-то более… безопасное.
– Посидеть рядом с твоим мотоциклом, – спокойно ответила она, будто это было самым естественным желанием в мире.
Грегор шумно втянул воздух, пытаясь сдержать то ли раздражение, то ли смех. Ее одержимость машиной одновременно забавляла и настораживала.
Он посмотрел в ее холодные голубые глаза и понял, что спорить бесполезно.
Он лег рядом, вытянувшись во весь рост, и закинул руки за голову. Сквозь редкие облака пробивался солнечный свет и отражался в его глазах. Казалось, он просто отдыхал, но в его позе сквозила сосредоточенность, будто он не просто смотрел в небо, а обдумывал случившееся, позволяя мыслям течь свободно.
Глава: 12
/Наэлия/
Я едва пережила выходные.
Спина ныла так, будто по ней проехал грузовик, плечи ломило, а руки были такими ватными, что даже держать планшет казалось испытанием. Хотелось рухнуть обратно на кровать и забыться, но от завтрака я бы не отказалась ни за что. Завтрак – это святое.
Мы с Римой, еле удерживая нагруженные подносы, добрались до нашего стола. Ребята уже ждали нас, и я с облегчением опустилась на свое место, стараясь не выдать, как мне тяжело.
Но едва я взяла вилку, как рядом появился Кэлан.
– Доброе утро, Наэль.
– Привет, Кэлан, – ответила я, стараясь звучать максимально нейтрально.
– Разве так приветствуют своего стража? – обратился он ко мне, но при этом его взгляд был прикован к Лиаму, словно он хотел, чтобы тот понял: у него нет ни малейших шансов.
Лицо Лиама на миг исказилось, но он тут же опустил глаза, пытаясь скрыть эмоции.
– Наэль, как ты себя чувствуешь? – мягко спросил Кэлан.
Я подняла на него взгляд, и он, не дожидаясь ответа, медленно склонился ко мне. Его губы коснулись моих в коротком, легком поцелуе. Это было приятно, но я понимала: демонстрация предназначалась не мне. Она была для всех вокруг – чтобы каждый видел, что он завоевал мое расположение. Оставалось лишь закрепить союз.
Когда он отошел, пожелав мне хорошего дня, я принялась за еду, стараясь не встречаться ни с кем взглядом. Но больше всего я боялась посмотреть на Лиама. Я знала, что он чувствовал, и именно это делало все еще тяжелее.
После завтрака нас ждал опрос по истории создания Великого Энергетического Щита. Я сдала его на отлично, как и большинство девушек в группе. Эти знания нам вбили так глубоко, что разбуди посреди ночи – и мы без запинки расскажем все: от первых союзов, ставших основой системы, до проблем общества, основанного на энергосферных принципах.
Затем последовала лекция об идеальном союзе с точки зрения энергетического резонанса.
Профессор – одна из немногих женщин в преподавательском составе – начала с напоминания о двух первых законах.
– Первый – Закон Сферы Жизни: «Каждая женщина является носителем уникальной энергии, называемой Светом Жизни. Эта энергия возобновляема, но ее гармония зависит от эмоционального и физического состояния женщины.
Мужчины используют свою способность видеть потоки энергии и управлять ими. Они не могут генерировать Свет Жизни, но способны создавать из него структуры – от атакующих до глобальных защитных систем».