Он молча протянул мне полотенце и чистые вещи – черную футболку и спортивные штаны, слишком большие, но с завязками. Я приняла их и направилась в ванную.
Там царил тот же минимализм: белая плитка, хромированные детали, квадратное зеркало. Я закрыла дверь, облокотилась на раковину и взглянула на отражение. Мокрые волосы, бледное лицо, красные от слез глаза. Жалкая тень самой себя.
Я сняла промокшую форму, встала под душ, смыла с себя холод и грязь. Вытерлась полотенцем, натянула его вещи. Футболка оказалась огромной, свисала почти до колен; штаны пришлось затянуть на поясе и подвернуть. Выглядела я нелепо, но это было неважно.
Когда я вышла, он стоял у окна с чашкой горячего чая. Увидев меня, обернулся, и в его взгляде мелькнуло что-то… теплое.
Он протянул мне чашку. Я взяла ее, согревая ладони о горячую поверхность. Он указал на диван – я села, обхватив чашку обеими руками. Он устроился рядом, но на расстоянии. В комнате царила тишина, которую нарушало лишь тиканье часов.
– Меня зовут Наэлия, – наконец произнесла я, глядя в чай и чувствуя, как слезы снова подступают.
Он не ответил. Сидел, сцепив пальцы, взгляд устремлен в пол.
– Как зовут тебя? – спросила я, украдкой бросив на него взгляд.
Он будто не ожидал вопроса. Замер, затем поднялся и отошел к рабочему столу. Порылся в ящике, достал блокнот и карандаш. Что-то написал, оторвал листок и протянул мне.
«Тейрон».
– Это твое имя? – я подняла глаза.
Он кивнул. Его взгляд был спокойным, но в нем таилось легкое сожаление.
– Ты не можешь говорить, – тихо поняла я, взглядом указывая на листок.
Он снова кивнул. В груди что-то болезненно сжалось. Тейрон. Молчаливый страж, который защитил меня от дождя, холода… и от самой себя.
– Спасибо тебе… за все, – прошептала я.
Его губы чуть дрогнули, будто он хотел улыбнуться, но передумал.
Я сделала глоток. Чай обжег горло, и горечь напитка смешалась с горечью внутри меня. Слезы снова покатились по щекам.
Я поставила чашку на стол.
– Что это за штуки на твоем столе? – немного успокоившись, спросила я, лишь бы отвлечь себя от мыслей.
Тейрон взял блокнот, быстро что-то написал и протянул мне листок:
«Браслеты – это накопители. Они защищают женщин от неконтролируемого расхода энергии. Медальоны помогают мужчинам структурировать ее, делая более управляемой и эффективной».
Я посмотрела на него.
– Ты сам их создаешь? – уточнила я, указывая на заваленный устройствами стол.
Он кивнул.
Затем снова взял карандаш, что-то нацарапал и передал новый листок:
«Хочешь есть, Наэлия?»
Я задержала взгляд на своем имени и неожиданно улыбнулась. Подняла глаза на Тейрона и, немного смутившись, призналась:
– Я… пропустила ужин в академии. И да, сейчас довольно голодна.
На его лице мелькнула едва заметная улыбка. Он жестом пригласил меня пройти на кухню.
Тейрон двигался уверенно, доставая продукты. Я села на единственный стул и наблюдала за ним. Через несколько минут в воздухе распространился запах мяса и специй. Он ловко разделывал куски, перекладывая их на горячую сковороду.
– Ты умеешь готовить? – не удержалась я.
Он кивнул, не отрываясь от дела.
– И что это будет?
Вместо ответа он снова взял блокнот:
«Мясо с картофелем».
На сковороде уже шкворчали сочные кусочки, а рядом золотились ломтики картофеля.
– Пахнет очень вкусно, – заметила я.
Тейрон слегка улыбнулся, добавил щепотку специй и вскоре выложил еду на тарелку. Все выглядело просто, по-домашнему, но невероятно аппетитно. Он молча поставил тарелку передо мной и, не сказав ни слова, вышел из кухни – будто давая возможность спокойно поесть.