– Это не гонки, – сказал он уже спокойнее. – Это шоу. А гонщики в нем – расходный материал.
Ив лишь равнодушно пожала плечами.
Он не выдержал: обхватил ее ладонь, заставив посмотреть в глаза.
– Ив, ты можешь быть лучшей и без этого дерьма.
Она на мгновение задержала взгляд, будто обдумывая его слова, потом кивнула:
– Хорошо.
С души будто камень свалился. Он выдохнул, напряжение отпустило.
– Грегор, мне нужны три выходных, – сказала она и назвала даты. Ровно те самые, когда назначены гонки.
Он едва не выругался.
– Я отказываю.
– Тогда возьму больничный.
– Ив… – сквозь зубы процедил он.
В кабинете повисла тишина. Его взгляд упал на ее ладонь, которую он все еще сжимал. Сможет ли он удержать ее? Эту упрямую девчонку, идущую напролом? Нет. Он не сможет ее остановить. Если уж она решила участвовать – он будет рядом. Будет следить, чтобы она вернулась целой.
– Хорошо, Ив, – наконец произнес он, чувствуя, как тяжесть решения ложится на плечи. – Я заполню заявку.
Она улыбнулась, и в ее глазах вспыхнул тот самый огонь, который он так любил… и которого так боялся.
– Если на этом все, можешь идти.
Но Ив не двинулась с места. Ее фигура, устроившаяся на краю стола, невольно рожала в голове ненужные образы, от которых Грегор пытался избавиться, но безуспешно. Он переплел пальцы в замок, надеясь, что это поможет собраться.
– Ив… что еще? – спросил он, стараясь звучать серьезно.
– Заявка, – напомнила она, чуть наклонив голову.
Грегор тяжело вздохнул.
– Ребенок, это так не делается. У меня есть дела первостепенной важности. Когда появится время – займусь твоей заявкой. Поняла?
Она кивнула, но не сдвинулась.
– Ив, почему ты все еще здесь? – его голос прозвучал резче, чем он хотел.
Ее аромат – тонкая смесь машинного масла, горечи металла и свежести мятного шампуня – дурманил, сбивал мысли. Казалось, он оседает в легких, остается там. Ему хотелось, чтобы она ушла, забрала с собой этот запах, это невидимое напоминание. Чтобы оставила его наедине с делами, которые никак не складывались, пока она здесь. Пока так близко. Пока он чувствует ее каждым вдохом.
– Я жду, когда у тебя появится свободное время, – спокойно ответила она.
Ив плавно соскользнула со стола и склонилась к нему, опершись ладонью о плечо. Светлая прядь, выбившаяся из косы, скользнула по его щеке, обжигая кожу легким касанием.
Грегор замер, изо всех сил стараясь сохранять хладнокровие. Но сердце сбилось с ритма.
– Грегор, – тихо сказала она, будто доверяла самое сокровенное, – я просто не смогу работать, если буду все время думать о заявке, которая так и не подана.
В ее голосе не было игры, лишь серьезность. Она даже не подозревала, какой эффект производит на него.
Грегор усмехнулся.
Теперь и он не сможет работать, потому что будет думать о ней.
Столько времени он держал ее на расстоянии. Убеждал себя, что она – всего лишь часть команды, еще один гонщик. Принуждал сосредоточиться на делах и чертежах, когда в глубине души мечтал лишь выйти на трассу и увидеть, как она гоняет. Поймать ее взгляд после заезда, услышать насмешливый ответ на свой вопрос: «Как прошло?».
А сейчас… когда она так близко, когда ее прохладный аромат с мятной нотой наполняет легкие, он вдруг поймал себя на том, что тянется к ней.
Его руки, почти неосознанно, скользнули к ее талии. Пальцы коснулись ткани спецовки, ощутив под ней тонкую линию тела. На миг в голове вспыхнул образ: он разворачивает ее к себе, усаживает на колени, прижимается грудью к ее спине… и они вдвоем подают эту злосчастную заявку.
Но в следующее мгновение он взял себя в руки. Пальцы сжались – не чтобы притянуть, а чтобы мягко отодвинуть ее.
– Отойди, я не вижу проекцию, – сухо бросил он, избегая ее взгляда.
Она послушно сделала шаг назад, даже не заметив, насколько близок он был к тому, чтобы сорваться.
Грегор торопливо вбил адрес, будто стараясь отвлечься. Заполнил заявку, понимая, что это единственный способ заставить ее уйти. Освободить пространство от ее запаха, ее взгляда, от того, что будоражило его больше всего.