Во мне поднялся вихрь эмоций: волнение, любопытство и – прежде всего – страх. Я не знала, чего ждать. Они были такими… другими.
И тут в голову пришла мысль, от которой захотелось застонать вслух: «Какого энергосферального шторма я вообще вышла одной из первых? Так спешила на пару?! Так боялась опоздать в первый день?!»
Я оглянулась в надежде увидеть кого-то из своих, но большинство девушек все еще оставались в здании общежития. Мы были почти одни.
Соседка схватила меня за руку и едва заметно прижалась, будто ища защиты. Ее холодные, дрожащие пальцы в моей ладони отрезвили меня.
«Соберись, – прошептала я себе, ощущая бешеный стук сердца. – Ты не можешь стоять здесь вечно».
Я глубоко вдохнула, сжала ладонь соседки и шагнула вперед. Их взгляды по-прежнему прожигали меня, но я старалась не встречаться с ними. Вместо этого сосредоточилась на здании, куда нам предстояло войти.
«Просто иди. Ты справишься».
И с этой мыслью я продолжила путь, чувствуя, как каждый шаг дается с трудом.
Мы вошли в здание, и дышать стало легче. Тяжелый, почти осязаемый груз чужих взглядов остался снаружи, растворившись в прохладе коридоров.
Я быстро восстановила в памяти план здания и без колебаний направилась в нужную сторону. Несколько поворотов – и перед нами оказалась аудитория. Большая, пустая, идеально ровные ряды парт, ни единой души.
Это означало только одно: у нас есть время. Время перевести дух, собраться с мыслями, осознать, что только что произошло.
Моя соседка без раздумий заняла место на первой парте. Она аккуратно опустилась на стул, сложив руки на коленях. Я выбрала ряд подальше от окна, где свет был мягче, и положила планшет на гладкую поверхность стола.
Наконец-то – несколько минут тишины.
Я закрыла глаза, стараясь выровнять дыхание и привести мысли в порядок. Все, что случилось за последние часы, казалось сном: слишком ярким, слишком насыщенным. Но это была реальность, и мне предстояло с ней справиться.
Вскоре в аудиторию начали заходить девушки. Их лица были бледны, как мел, глаза широко раскрыты от шока. Они двигались так, будто только что пережили землетрясение.
А потом я увидела Лиру. Она вошла с тем же растерянным выражением, что и остальные, – бледная, напряженная. Но стоило нашим взглядам встретиться, я невольно улыбнулась. Лира, всегда такая уверенная и гордая, сейчас выглядела почти как обычная девушка.
Она заметила мою улыбку – и тут же взяла себя в руки. Спина выпрямилась, подбородок поднялся, и она прошла мимо, направляясь в самый конец ряда. Я смотрела ей вслед, испытывая смешанные чувства. Лира оставалась Лирой – даже в такой ситуации она не позволяла себе выглядеть слабой.
Вскоре в аудиторию вошли парни. Старшие курсанты, вероятно, на последнем или предпоследнем курсе. Статные, даже красивые, они двигались легко, с ленивой уверенностью людей, чувствующих свою силу. В их глазах скользило любопытство, а на губах прятались усмешки.
Я наблюдала, как они без стеснения подсаживались к девушкам, наклонялись ближе, что-то спрашивали. Девушки реагировали по-разному: кто-то отвечал натянуто, кто-то смущенно опускал глаза, а были и те, кто с интересом вступал в разговор.
Я так увлеклась наблюдением, что не сразу заметила: один из них подошел ко мне. Просто в какой-то момент рядом возникла массивная фигура, он склонился – и горячее дыхание коснулось моей щеки. Тело среагировало раньше разума.
Я вскрикнула, отшатнулась и вместе со стулом рухнула на пол. Планшет с глухим стуком упал рядом, экран пошел паутиной трещин.
И это было лишь началом беды.
– Я только хотел познакомиться, а тут уже ноги раздвигают, – прозвучал наглый голос, вибрирующий от смеха. Его взгляд опустился ниже. – Милые трусики.
Щеки полыхнули жаром, будто их опалило пламенем. Я судорожно сомкнула колени, ощущая, как стыд и гнев охватывают все тело. В глазах потемнело.
Я пыталась что-то сказать, но слова застряли в горле.
Он продолжал смеяться, его глаза блестели от удовольствия. Парни рядом тоже не сдержали ухмылок.
– Эй, полегче, – сказал голос за моей спиной. – Ты ее сейчас до инфаркта доведешь.