И вместе с этим осознанием пришло понимание: я предаю. Предаю Тейрона. Предаю саму себя. Потому что позволяю ему касаться меня так, словно он имеет на это право. Позволяю себе забывать того, кто все это время был моим молчаливым стражем.
Я зацепилась за эти мысли, но его взгляд уже скользнул к моим губам, и в янтарных глазах вспыхнуло что-то дикое, первобытное.
Это было страшно. Если одно лишь прикосновение сводит меня с ума – что будет, если он поцелует меня?
Но что я могла? Я – всего лишь слабая человечка. А он – существо, чья сила была как целый мир, обрушившийся на мои плечи. Сопротивление казалось смешным, почти жалким.
И вдруг в голове мелькнула дикая мысль: вспороть себе запястье о его броню. Лучше умереть, чем принадлежать ему.
Я прижала запястье к шипам на его руке и резко дернула вверх. Но там, где кожа касалась металла, он втягивался и шипы исчезали, и вырастали вновь, когда рука поднималась выше.
Его глаза вспыхнули. Голос проник прямо в сознание:
– Мы не можем причинить вреда своим женщинам.
И в этот миг я поняла: он действительно считает меня своей.
Нервы сдали. Я запрокинула голову и рассмеялась. Истерично, надрывно, так, как смеются только те, кто балансирует на грани безумия. Смех бился в груди, выворачивал легкие, колотился в висках. Я смеялась, пока слезы не потекли по щекам.
Он явно не ожидал. Его взгляд сузился, изучая меня, пытаясь понять – сломалась ли я.
Меня давно уже все это сломало.
Плен.
Неизвестность.
Отсутствие Тейрона.
И его постоянные попытки навязать мне новую связь.
Внутри осталась только странная, ледяная пустота. Будто я давно захлебнулась этим кошмаром и утонула, но меня все еще заставляли дышать.
Вот только теперь мне было все равно. Его притяжение, его власть надо мной, над моим телом – все это просто существовало.
Я смотрела на него с легкой тенью улыбки, не испытывая при этом ничего: ни страха, ни боли, ни гнева.
Только холодное равнодушие – как беззвездное пространство за пределами этого корабля.
Уйдет он или останется. Заговорит или промолчит. Попробует снова прикоснуться или решит держать дистанцию – мне было все равно.
– Вельвира… – шепот сорвался с его губ.
Звук был мягким, почти ласковым, но в нем проскальзывало разочарование и скрытый упрек.
Имя, которое прежде вызывало во мне злость и раздражение, теперь звучало пусто, как эхо в холодном тумане. Оно больше ничего не значило – просто набор звуков, бесполезная попытка пробиться сквозь толстый слой моего равнодушия.
Его кулаки сжались так сильно, что я почти услышала, как скрипнула броня.
– Следуй за мной.
Голос был низким, почти рычащим, насыщенным раздражением, гневом, чем-то темным, что клокотало внутри него.
Я просто послушно поплелась следом.
Коридоры. Коридоры. Коридоры.
Бесконечные, пустые, без конца и начала, они растекались передо мной, словно пожирая пространство.
Внезапно он остановился. Резко обернулся и, прежде чем я успела что-то понять, его рука легла на мою талию, удерживая. В следующее мгновение мы начали опускаться вниз.
Когда движение прекратилось, он шагнул вперед и приложил ладонь к стене.
Она стала прозрачной.
– Тейрон… – с моих губ сорвался стон боли.
Глава: 36
Пространство за стеной не просто открылось – оно ударило в меня.
Оно было огромным, пугающим в своей размытой и текучей безжизненности. И посреди этой пустоты стояли две капсулы. Они были проще, чем та, в которой когда-то лечили меня: гладкие, матовые, холодные, словно вырезанные из черного льда.
В одной лежал мой страж.
Тейрон.
Его лицо хранило отпечаток боли. Щека распухла, с грязным кровоподтеком, который казался еще темнее на фоне его кожи. На виске запеклась кровь, волосы слиплись от нее. Он выглядел так, словно только что попал в плен.
Но он был жив.
И это было главное.
Мой взгляд скользнул к соседней капсуле. Внутри я узнала стража Эмилии. Его лицо было спокойным, словно он просто спал, но я знала – это не сон. Время для него остановилось. Капсулы не лечили, они лишь… сохраняли. Замораживали тех, кто попадал внутрь, фиксируя их в том состоянии, в каком они оказались.