Как говориться: попытка – не пытка.
Закончив, я выдохнула и обернулась. Ор’Ксиар смотрел на меня с таким смешением ужаса и восхищения, что у меня дух захватило. Ему явно нравилась моя энергия, ее объем, но было в этом и то, что его пугало.
Решив отложить выяснения на потом, я лишь сказала:
– Я бегать.
И побежала.
Я неслась среди темных стен, покрытых дрожащей пленкой, по дорожке, сияющей мягким теплым светом. Каждый шаг отзывался эхом в теле, каждый вдох наполнял меня силой.
Это была свобода.
Это было безумие.
Безумие, созданное моими руками.
Но вдруг грудь сжало, дыхание сбилось.
После месяцев заточения, когда движения были ограничены, тело быстро взбунтовалось. Каждый шаг давался, как прорыв через невидимые цепи. Мышцы, отвыкшие от нагрузки, стонали, ныла каждая связка, колени дрожали. Но я продолжала бежать.
Я бежала, даже когда легкие горели огнем, вырываясь наружу рваными глотками воздуха.
Бежала, даже когда ноги подкашивались, умоляя остановиться.
Бежала, даже когда тело кричало, требуя пощады.
Но разум был сильнее.
Я не могла остановиться. Не хотела останавливаться.
Я бежала вперед, потому что это было больше, чем бег.
Я больше не пыталась убежать от себя.
Я бежала навстречу ему.
Словно там, за очередным поворотом, меня ждал он.
Мой страж.
Тейрон.
Я представляла его впереди – за следующим поворотом, или еще за одним. Не знала, где именно, но знала, что он ждет.
И потому я бежала.
Глава: 37
Я снова лежала в капсуле, чувствуя, как ее мягкое, почти невесомое сияние окутывает тело. Оно очищало меня, каждая клеточка наполнялась бодростью, а боль в мышцах постепенно уходила. Когда процедура закончилась, я села, ощущая, как силы возвращаются.
– Я хочу поговорить с Эмилией, – сказала я, глядя на Мор’Раана. – Мы были подругами, но с момента нашего пленения я ее ни разу не видела. Я волнуюсь.
Он кивнул.
– Я отведу тебя к ней.
Вскоре я уже стояла в комнате Эмилии. Но девушка, лежавшая передо мной на кровати, была лишь тенью самой себя. Ее короткие светлые волосы теперь касались плеч, и только тогда я осознала, как много времени прошло. Кожа – призрачно-бледная, словно в ней давно не осталось тепла. Под глазами – темные тени, губы иссохли. В ее облике не осталось огня, только усталость, безысходность и пустота.
– Привет, – сказала я мягко.
– Привет, – ответила она, с трудом приподнимаясь. Но, заметив на мне форму, выданную на станции, расширила глаза.
– Наэлия, ты не…
Я сразу покачала головой.
– Нет. Я не связала свою жизнь с Ор’Ксиаром.
– С кем? – непонимающе спросила она.
– С Ор’Ксиаром. Так называется их раса, – пояснила я и села рядом, осторожно взяв ее холодную ладонь, стараясь передать хоть крупицу тепла.
– Эмилия, твой страж жив. И пока ты не переспишь с Ор’Ксиаром, они будут поддерживать в нем жизнь.
– Уже поздно, – прошептала она, заставляя себя сесть. – Я уже…
– Но я видела твоего стража недавно, – нахмурилась я.
– Все случилось в тот день, когда воин забрал меня из клетки. После этого… он больше не трогал меня, – ее взгляд был пустым, устремленным сквозь меня.
Я задумалась.
– Значит, дело не в физической близости.
Я подняла глаза на Эмилию.
– Ты любишь своего стража и не можешь отпустить. Именно поэтому он жив.
Она вздрогнула.
– Мне… так жаль, – прошептала она, голос был полон боли. – Так жаль, что я предала его…