Правда, я так не считала. У меня, может, странное понятие друзей. Но для меня друг – это человек, которому я могу доверить всё-всё-всё. Хотя и Ксюшу я тогда другом не считала, я сказала это лишь для того, чтобы от меня отстали. И мне сложно сказать человеку, что он мой друг. Для меня сказать такое не легче, чем признаться в любви. Дружба – это слишком серьёзно для меня.
И потому, что у меня не было там друзей, я всё время находилась в одиночестве. Недалеко от нашего корпуса – а наш корпус находился на пригорке около берега моря, – была большая площадка, около которой росли деревья и в определенных местах с которой было видно море.
Я обожала находится там. И не любила, когда туда приходил кто-то, кроме меня. Это место находилось примерно в тридцати метрах от входа в корпус. А идти туда многим индивидам было как минимум лень.
Очень круто было находится там утром. Тогда все ещё спали или только начинали вставать. С моря дул бриз. А моё сердце билось в унисон с природой.
Я засыпала раньше всех в комнате. И это не удивительно: я просыпалась в шесть.
Много раз я слышала их разговоры о том, что они хотели сделать кому-то что-то плохое. И делали. Но не мне. По их словам, им меня просто было жалко, потому что я была слишком добрым и отзывчивым человеком.
Но однажды кое-что произошло.
Было утро. Наша группа отправилась на пляж. После часа, проведенного там, мы возвратились. Когда я зашла в комнату, девочки странно смотрели. Потом девушка из соседней комнаты спросила:
– Ты девственница?
– Конечно, о чём речь?
– А что тебе сегодня снилось?
– Ничего особенного. Почему ты спрашиваешь?
– Та просто ты странные звуки сегодня ночью издавала, – она засмеялась.
Я была одной из последних, кто об этом узнал. Все в комнате, все в корпусе, все в лагере уже знали об этом. И я знала, что это ложь. Потому что другие девушки из моей комнаты не смогли подтвердить её слова, а некоторые, те, которых некогда я назвала подругами, вовсе опровергли.
Но было обидно. Та девушка, Наташа, начала сильнее смеяться, другие люди в комнате тоже. Через пару секунд в комнату зашел парень из другого корпуса и спросил, что происходит. Наташа начала говорить, но я не выдержала и выбежала. Когда я выходила из корпуса, моё лицо было в слезах. На меня никто, даже вожатая и взрослые, которое там находились, не обращали внимания. Я побежала к месту, где я обычно нахожусь. Я стояла и плакала. Мне ничего не нужно было. И пофиг абсолютно на то, что она это рассказала. Но обидно потому, что это ложь.
Через некоторое время пришла Лиана. Она пыталась успокоить меня. А я кричала из-за дебилизма этой ситуации. Потом подошел ещё кто-то. Я не сказала ни слова. И обе девочки вернулись в корпус. А я продолжила там стоять до того, пока не позвали на обед.
Приемы пищи в этом лагере – тоже что-то с чем-то. Во-первых, чтобы дойти до столовой, нам приходилось около половины километра идти в крутую гору, а потом минут десять стоять под столовой, пока поест младшая группа, и Wi-Fi там не ловило; в общем, время ожидания проходило весело: самое интересное, чем можно было заняться – посмотреть, как белочки прыгают по деревьям, которые находились над нами. Во-вторых, чтобы туда дойти, нужно было становиться в пары, а так как у меня не было друзей или, по крайней мере, друзей, которые приехали без какого-то там друга, мне было сложно найти попутчика. В-третьих, как и в любой другой столовке еда там была не отпадная; ну, большинство блюд даже есть было невозможно.
Чтобы не счахнуть от этого ужаса, многие нелегально бегали в магазин за сладостями, Дошираком и кофе. Мне предлагали пойти, и не один раз, но я не соглашалась, так как я считала правило непокидания территории небесполезным, а его соблюдение – обязательным.
Раз в неделю или чаще всем лагерем куда-то ходили. И каждый раз, когда мы ходили в магазин, все затаривались по полной. Правда, тогда был жесткий контроль, чтобы не покупали всякие гадости. Но мне это никак не мешало.
Однажды мы пешком обошли Симеиз. Мы видели фонтаны, статуи, канатную дорогу, плантации цветов, парк, домики, пляж, скалы. Мы позанимались на парочке спортивных площадок, а в конце прогулки зашли за сувенирами и едой. Вот это было круто. Один из самых классных моментов за весь лагерь.
Спустя некоторое время нас переселили в корпус мальчиков. Там было неудобно. Был общий душ, и за раз там могли мыться три – четыре человека. А в лагере было по минимуму человек пятьдесят. Да ещё и раздеваться, когда тебя видят другие люди, которые тебе никто и для которых ты никто, не особо прикольно.