— Закончил? — уточнила слепая. — Тогда позволь я сама постираю твою одежду.
— Я и сам могу, — всё ещё не отойдя от оргазма, слабо возразил Бэк.
— Мне не сложно, — наполняя ванную водой, улыбнулась девушка.
***
Когда стрелки часов перевалили за полночь, молодые люди решили ложиться спать. Мокрая одежда висела на стульях и обдувалась ветром, залетающим в открытые окна. На тумбочке стояла пустая тарелка с крошками от бутербродов и кружка с остатками остывшего какао. Дом уснул, но ни лежащий на полу Бэк, ни вздыхающая за тонким розовым балдахином Анабель, не спали. Парень немигающим взором смотрел в потолок и понимал, что нужно бежать — прямо сейчас, немедленно, потому как что-то идёт не так. На потолке колыхались тени от веток, бьющихся в стёкла. Кажется, к утру начнётся дождь. Плевать.
— Так что за бои здесь проходят? — закрыв глаза, поинтересовался Бэкхён.
— Об этом не расскажешь, это нужно видеть своими глазами, — грустно ответила блондинка. — Поверь, даже те вопли, что я постоянно слышу, не передают яркости картины.
— И всё же…
— Сегодня хороший день, — не дав парню договорить, потянулась Анабель. — Моя комната впервые пахнет мужчиной. Это так… смущает!
Услышав сдавленное хихиканье, Бэк покрылся красными пятнами. Теперь он почему-то был уверен, что девица непременно догадалась, чем он занимался, стоя под душем. Нервно поёрзав, брюнет сложил руки на животе и закусил изнутри щёку. Отвечать на маловразумительные речи новой знакомой не было никакого желания. Поскорее бы найти Джиын с Чанёлем и подорвать ядро вместе с его жителями!
— Я ведь давно о тебе знаю. И заочно тобой восхищена, — перевернувшись на бок, хитро заметила Анабель.
Бэк насторожился, но постарался ничем не выдать своего любопытства. Однако, блондинке не были нужны наводящие вопросы — она сама торопливо заговорила, вываливая на гостя ворох информации.
— По ядру ходят легенды о сильном и смелом охотнике, который доставляет нам тварей. Его самого называют демоном, потому что ни одному человеку не может настолько везти на свободной территории. Говорят, что он молод, хорош собой и отчаянно удачлив. А ещё, что его сердце свободно. Чем не герой сказки для девушки, что всю жизнь провела взаперти, словно зачарованная принцесса?
— Никакой я не герой! Чанёль побольше меня геройств совершил, — поморщился Бэкхён, которого, вопреки ожиданиям, ничуть не воодушевили услышанные комплименты.
— Неправда! Ёнджи каждый день о тебе рассказывает! — с жаром возразила Анабель.
— Ёнджи? — Бэк подскочил от неожиданности и изумлённо всмотрелся в размытую фигуру за балдахином.
— Помнишь такую? — хмыкнула блондинка, обрадовавшись, что смогла заинтересовать. — Ёнджи теперь моя личная служанка. Она постоянно о тебе говорит. Наверное, влюблена.
— И что же она рассказывает? — облизнул пересохшие губы Бэк.
— Например, то, что ты очень любишь Джиын и постоянно встречаешь её после работы. Что не гнушаешься ходить по кабакам в компании друзей, а по ночам снимаешь проституток. Что ты много куришь, набиваешь на теле татуировки, искусно владеешь ножом… А ещё говорила, что ты лучший любовник на свете и только в постели с тобой она узнала все прелести секса.
Лицо брюнета вытянулось, а в горле застрял ком. Что-то странное сейчас происходило, и он не мог найти этому объяснения. Почему показавшаяся вначале такой скромной Анабель, сейчас беззастенчиво рассказывает о таких, смущающих даже его самого, вещах? И почему вместо типичной мужской гордости, Бэку хочется сбежать прямо сейчас — в одном халате на голое тело. Сигануть с окна прямо на землю и бежать, куда глаза глядят.
— Не думаю, что Ёнджи стала бы меня обманывать. Бедняжка, она так по тебе скучает…
— Давай спать, я устал, — отвернувшись к стене, процедил Бэкхён.
— Как скажешь, — тихо прошелестела девушка за его спиной.
Брюнет долго лежал с открытыми глазами и прислушивался к медленно выравнивающемуся дыханию блондинки. Он ждал момента, когда Анабель уснёт, чтобы сбежать из этой комнаты. Вот только накатывающая волнами сонливость мешала сосредоточиться. Веки наливались тяжестью и удерживать их открытыми становилось сложнее с каждой минутой. Решив, что немного подремать всё же не помешает, Бэк провалился в зыбкий неспокойный сон.
***
Бэкхён испытывал странные ощущения — голова страшно гудела, в то время как тело было неожиданно лёгким и невесомым. Открывать глаза было лень, но он и без этого чувствовал чужие губы, скользящие по коже, — они пробегались по ключицам, ласкали соски, подолгу выцеловывали каждую родинку на покрытом шрамами теле. Длинные пальцы массировали предплечья, изредка царапая кожу ноготками, гладили часто вздымающийся живот и, словно играя, изредка касались жёстких волос в паху.
— М-м, — сдавленно простонал Бэкхён, выгибаясь в спине и бесстыдно напрашиваясь на более откровенные прикосновения, не заставившие себя ждать.
Чужая ладонь обхватила истекающий смазкой член, аккуратно сдавила и принялась ласкать, то касаясь головки, то сжимая у основания. От тихого хлюпанья заполыхали щёки, и Бэк медленно приоткрыл ресницы, чтобы взглянуть в мутные глаза Джиын, колдующей над ним. Вот только в предрассветном молочном сиянии разглядел лишь длинные белоснежные волосы. Толкаясь в чужую руку, брюнет положил ладони на хрупкую талию и крепко сжал, наслаждаясь гладкостью кожи. Острые грудки почти касались его живота, худые бёдра призывно торчали над головой, пока их обладательница, по-кошачьи выгнувшись, опаляла жарким дыханием член.
Поддавшись порыву, Бэкхён откинул длинные пряди волос с лица и едва сдержал отчаянный крик, когда узнал в обольстительнице Анабель. Оттолкнув охнувшую девушку, он набросил на себя одеяло и принялся отчаянно тереть глаза, намереваясь как можно скорее прийти в себя.
— Что я сделала не так? — судорожно заговорила блондинка, слепо шаря руками по простыне. — Неужели я хуже Ёнджи и тех проституток из трущоб?
— Ты совсем чокнулась?! Зачем ты это делаешь?! — шипел Бэк, рыская взглядом в поисках исчезнувшей со стульев одежды.
Видимо, он действительно крепко спал, если уж позволил этой хрупкой блондиночке перетащить себя на кровать и окончательно раздеть. Возбуждение, к счастью, медленно спадало, а пелена перед глазами стремительно таяла. Безумие.
— Ты ведь хотел сбежать, так? — ничуть не смущаясь своей наготы, всхлипнула Анабель. — Зачем тебе слепая? Ты бы узнал у меня всю нужную информацию и сбежал. И плевать ты хотел на обещание. Ты бы никогда не забрал меня с собой из ядра! Никому не нужна обуза!
— Ты можешь говорить потише? — взмолился Бэк.
— Почему ты не хочешь переспать со мной? У меня ещё никого не было, я чиста! Я бы могла стать для тебя лучшей любовницей! То, что я не могу видеть, не делает меня ущербной!
— Зачем тебе я? В ядре полно мужчин. Тебя сосватали за Сехуна! Уверен, он тоже отличный любовник, если для тебя это так важно…
— Они все пустые! Искусственные! — сердито зашипела Анабель, комкая в кулачках простынь. — У них в голове сидит одно и то же — как заработать побольше денег, кому следующему всадить в спину нож, какую тварь выставить на бой, каким страданиям подвергнуть жителей трущоб! Вот, что сидит у них в мозгах! Ни один не умеет любить! Никто из них не сунется на свободную территорию! Никто не минует сотню блокпостов и не пожертвует своей жизнью, чтобы отправиться на другой конец света и спасти своих близких! Бэкхён, ты даже не представляешь, какой ты настоящий и искренний. Какой смелый, верный. Я не хочу, чтобы ты уходил. Сделай меня своей, пожалуйста! И я тогда во всём тебе помогу, всё расскажу!
— А если нет? Если я уже люблю другую?! — яростно возразил Бэкхён.
Анабель отпрянула от него, и с её лица будто разом исчезла вся жизнь. Губы задрожали, и она отчаянно их закусила, будто боясь разрыдаться прямо перед Бэкхёном.