Ким тяжело вздохнул и с тоской прошёлся по гостиной, царапая острыми когтями гладкий пол.
— Я вас отпущу, — неожиданно заявил он. — Мне нужно, чтобы остались только трое. Те, кто убивали моих друзей. Сейчас пришло ваше время платить по счетам.
— Убей меня, их не трогай! — Чанёль шагнул вперёд, закрывая собой Джиын и Бэкхёна. — Это я научил их убивать. Меня и накажи.
— Где было твоё благородство, когда меня выкинули за пределы крепости? — подойдя вплотную к человеку, прошипел Чонин.
— Я не благороден. Думаю, я трус. Но сейчас я хочу защитить тех, кто мне действительно важен. Их жизни дороже моей, — тихо, но уверенно произнёс Пак.
— И если бы в тот день выкинули не меня, а кого-то из них, ты?..
— Ушёл бы следом и продолжал защищать, — закончил предложение мужчина. — У меня никогда не было детей, но они мне ими стали.
— И что, они готовы спокойно принять твой поступок? Даже не закричат «нет-нет, убейте лучше нас»? — явно издевался Чонин.
Бэкхён молча встал рядом с учителем и сжал его за запястье. Он не видел, но слышал, как Джиын передала успокоившегося малыша Ёнджи и встала по другую сторону от Чанёля.
— Только их отпустите, пожалуйста, — шёпотом попросила девушка, дрожа от страха.
Ким смотрел на них долго, выжидающе, видя, как подгибаются от страха их ноги, как на висках выступают капли пота. Людям было страшно, сделай он хоть одно резкое движение и они упали бы замертво. Вот только убивать их отчего-то расхотелось.
— Проваливайте, и чтобы я вас больше не видел в этом городе. Мне плевать, куда вы пойдёте, просто исчезните, — глухо произнёс он, тряхнув уродливой мордой.
Не веря своему счастью, люди попятились к двери, и молчавший всё это время Морти попытался смешаться с ними.
— А он пусть останется. У меня с ним отдельный разговор, — не сводя глаз с Отто, приказал Чонин.
— Нет! Вы не оставите меня! — заистерил Морти, но Тао грубо оттолкнул его прямо под ноги Кима и захлопнул за собой дверь.
Последнее, что они услышали, это ужасающий рык и полный боли вопль, который тут же оборвался.
Люди шли молча, проходя мимо разрушенных улиц и домов, мимо устроивших пиршество тварей. Мутанты доедали убитых, изредка цапались между собой, но компанию не трогали, словно получили приказ сверху. Когда по дороге им попадались раненые, они вытаскивали их из завалов и забирали с собой. И чем ближе они подбирались к воротам крепости, тем сильнее их охватывал ужас. Разрушенный мёртвый город в лучах рассветного солнца пугал гораздо сильнее, чем в кромешной темноте.
— И куда мы пойдём? — выйдя на свободную территорию, спросил Бэкхён.
— К нам в общину. Там каждому будут рады, — грустно улыбнулся Исин, но услышав шум за спиной, резко обернулся.
К нему со всех ног мчался Шинхо — изрядно потрёпанный, с разорванным ухом, он прыгнул на хозяина и повалил на землю, радостно вылизывая его лицо.
— Вернулся, герой! — обрадовался Чондэ, осторожно почесав зверя за ухом.
— Теперь точно можно идти, — оглядев небольшую группу спасённых, заключил Исин.
Он остановил взгляд на державшемся в стороне и нервно кусающем губы Сехуне. Маугли успел догадаться о чувствах О к Джиын, ведь с такой тоской и затаённой нежностью могут смотреть только на любимых. Чжан видел, как парень выжидал удобный момент, чтобы поговорить с девушкой, но та, счастливо улыбаясь, не отходила от Бэкхёна, дышала им, видела только его одного. И понимание этого оставило печать грусти на красивом лице блондина.
Дождавшись, когда всё внимание переключится на Тао, решившего в красках рассказать о встрече с Чонином, Исин отвёл О в сторону и опустил широкую ладонь на чужое плечо.
— Ты не грусти. У нас там блондинок знаешь сколько? — хитро подмигнул он Сехуну, невольно вызвав у того усталую усмешку.
***
Путь до общины был неблизким. Они шли несколько дней, вскоре смешавшихся в один бесконечный. Уставшие, измотанные голодом и жарой, люди потеряли счёт времени, поэтому, когда бесконечные пески сменились словно ожившими с картины лесами, не смогли сдержать восхищённого вздоха.
Исин, всё это время поддерживавший остальных, сейчас стал чувствовать себя гораздо более свободно. Он без труда ориентировался в лесу и вскоре нашёл ручей, где путники смогли вдоволь напиться. Показал, какие ягоды можно есть. С улыбкой следил, как люди, никогда прежде не видевшие лесов, дышат свежим воздухом, как их щёки розовеют, переставая быть болезненно-бледными.
— Да ты не обманул меня, чёртов Маугли! — восхищённо воскликнул Бэкхён, когда на исходе дня они увидели огни общины, раскинувшей свои владения на живописной равнине.
— Зелёные леса, чистые озёра, дивные животные — теперь всё это и ваше! — улыбнулся Исин, следя за тем, как Шинхо со всех ног мчится к деревне.
Путников встретили с распростёртыми объятиями — сразу же выделили для них недавно построенные дома, помогли обустроиться. Величали героями совершенно искренне, хотя новые жители и утверждали, что ничего геройского не совершили.
Исин с радостью встретил своих братьев. Они вернулись домой аккурат перед тем, как Чонин совершил нападение на крепость. Тогда же из общины ушли все твари, словно их и не было никогда. Видимо, Ким сдержал своё слово и не собирался больше ни на кого нападать.
Тот вечер стал одним из самых счастливых в жизни прибившихся к деревне людей. Они собрались на поляне, где был накрыт роскошный стол — и вино, и мясо, и свежие фрукты с овощами. А затем были пляски до упаду возле костра, сменившиеся тихим пением местных красавиц, уже положивших глаз на одиноких Чанёля, Сехуна и Чондэ.
— Кажется, никто без пары не останется, — смеялся Бэкхён, позволяя Джиын утащить себя в темноту.
Они шли к своему новому дому, крепко держась за руки и изредка останавливаясь, чтобы поцеловаться.
— Обещай, что расскажешь мне всё-всё, что с тобой случилось, пока меня не было рядом, — просила девушка, заглядывая в глаза парня.
— Обещай, что не будешь злиться за то, что оставил тебя одну так надолго, — сжав в объятиях девушку, шептал Бэкхён в перерывах между поцелуями.
— Я знала, что ты меня найдёшь. И я его сохранила.
Загадочно улыбнувшись, Джиын вытащила из-за пазухи колокольчик и вложила его в ладонь Бэка.
— Я люблю тебя, братик!
***
Джиын проснулась на рассвете, когда робкие лучи солнца едва касались земли. Лениво закинула руку на Бэкхёна, но ощутила лишь холодную простынь. Встрепенувшись, резко села и осмотрела утонувшую в сумерках комнату. Парня нигде не было видно. Что случилось? Почему он ушёл?
Девушка закусила всё ещё распухшие от поцелуев губы и поспешно набросила на обнажённые плечи рубашку Бэка. Неслышно ступая на носочках, выглянула на улицу и облегчённо вздохнула — парень сидел на крыльце и с улыбкой смотрел на утонувшие в розовом сиянии вершины гор.
Когда Джиын села рядом, он лишь улыбнулся и притянул её к себе ещё ближе. Девушка уткнулась носом в его волосы и тут же фыркнула.
— Почему ты сырой?
— Искупался. Тут речка, представляешь? Чистая, холодная! — восторженно ответил парень.
— А меня чего не позвал? — надулась Джиын, но тут же принялась целовать шею Бэка. — Я уж испугалась, что ты убежал к местным красавицам!
— Придумаешь тоже, мне только ты нужна, — шепнул он, целуя тёплые губы.
Подул лёгкий утренний ветер, и в воздухе зазвучала тихая нежная трель. Джиын прервала поцелуй и медленно обернулась, недоумённо глядя на подвешенные у входа в дом колокольчики. Вновь запевшие на ветру, они легко раскачивались, разнося мелодию по всем сторонам света, успокаивая, лаская слух.
— Ты оживил их, — улыбнулась Джиын.
— Потому что я только сейчас понял, что такое по-настоящему жить!