— Тюрьма? — Предположил стоявший рядом Шерд. — Или это будет уже слишком?
— Как раз об этом думаю и сам не понимаю. — Ответил Антонис. — Он пока ещё не преступник, но ему ничего не стоит им стать.
Гвиг тем временем осознавала и переваривала свои новые умения. Могла ли теперь она назвать себя полноценным некромантом? Тело Леви было под её контролем, но она действовала с осторожностью, вновь заставляя подняться его на ноги. Такая власть могла стать опасной игрушкой для любого, кто её прочувствовал.
— Отпустите, я всё понял. — Леви сменил тон на более спокойный.
Гвиг покачала головой, не спеша верить сказанному.
— Вот что, — начал некромант, — сейчас мы сделаем всё, как полагается. Выделим тебе комнату, дадим необходимые вещи, расскажем ещё кое-что, что необходимо знать каждому. Но пока Бэлригген не вернётся, мы не оставим тебя одного, я думаю, ты сам прекрасно понимаешь, почему.
— Понимаю. — Нехотя ответил эльф.
Гвиг прервала концентрацию, и заклинание рассеялось. Леви пошатнулся, но удержался на ногах и принялся шевелить всеми конечностями, чтобы убедиться в своей свободе.
— Я вас покину. Пойду, посмотрю, что там с Золо. — Сказал Шерд, убедившись, что его помощь больше не понадобится.
— Передай Нокрксису, что мы зайдём к нему сегодня. — Бросил на прощание Антонис.
Левиарелю дали комнату на четвёртом подземном этаже, через две двери от покоев Гвиг`Дарр. Он начал обустраиваться, но пристальные взгляды некромантов сильно его смущали.
— Вы долго собиратетесь пялиться на меня и отслеживать каждое моё действие?
— Я же сказал, что так и будет, пока ты не поговоришь с Бэлом. Оставить тебя одного сейчас будет слишком опрометчиво. — Ответил Антонис.
— Вот уж точно, как папочка с мамочкой! Трясётесь надо мной, как над дитём малым.
— Да, да. А теперь подумай, что бы ты сделал, если б мы ушли. — Парировала Гвиг.
Леви отвернулся и продолжил копаться в вещах. Во время этого он решился задать ещё несколько вопросов. Гвиг и Антонис рассказали ему о жизни храма, о Законах Посмертия и сами узнали кое-что о своём подопечном. Оказалось, что Леви с детства хотел быть военным и много тренировался со своим отцом. Как и большинство эльфов, он всем сердцем любил Деламион и гордился своим народом, поэтому ему так нелегко давалось посмертие и принятие новых порядков. В политике юноша разбирался не особо хорошо, в этих вопросах он привык полагаться на старших. Битва за Рауделль была для него первым серьёзным военным выездом. Левиарелль долго готовился, сильно переживал, а после гордился, что вместе с отцом попал в группу разведчиков. Люди, что предали их отряд, давно жили в Рауделле, и заручились поддержкой эльфов, так как считали, что им нет больше места в прогнившей Гердейлии. Что сподвигло их на столь гнусный поступок, Леви так и не узнал. Однако разговаривать на эту тему с Бэлриггеном ему всё ещё не хотелось.
Эльф завершил свой рассказ, и собирался добавить что-то ещё, но вдруг в дверь комнаты постучали. Она была не заперта, но Гвиг решила, что ей стоит подойти и самой встретить гостя.
— О, так вы все трое здесь? Прекрасно! — Взгляд Норксиса уже казался осуждающим, но она выдержала его, и впустила магистра в комнату, тут же представив его эльфу.
— Левиарель, значит… — Протянул Норксис. Осмотрев юношу, он перевёл взгляд на Антониса. — Я слышал, как всё это получилось, лишь краем уха. Вот скажи мне, чем ты думал? Тобой ведь никогда не двигала жажда денег.
— Нет, конечно. — Ответил Антонис. — Стрясти золота с Бэла — это святое, но всё же не главное. Мне было интересно. Десять… да уже почти одиннадцать лет прошло с моей последней сложной работы, — он переглянулся с Гвиг. — Думаешь, я бы смог отказаться от внезапно свалившегося эксперимента?
— Он всех, кого воскрешал, называет экспериментами?! — Тихо и возмущённо спросил Левиарель, подойдя к Гвиг`Дарр поближе.
— Да. — Ответила она. — И я была такой, и те, предыдущие — тоже. Он всегда подходит к воскрешению творчески, хочет добавить или изобрести что-то новое. Или вот, как в случае с тобой — сделать то, на что не решатся другие некроманты.
— Левиарель! — Громкий голос Норксиса отвлёк их от перешёптываний. — Тебе придётся принять свою новую жизнь, и я понимаю, что это будет нелегко. Позже тебя ждёт знакомство с магистратом, но возможно, есть что-то, что ты хотел бы спросить прямо сейчас? Ты всегда можешь ко мне обратиться, если вдруг твои гхм… названые родители окажутся в чём-то бессильны.