- Ты не Алекс, - прошептала я, осматривая его, - кто ты?
Это был довольно немолодой юноша двадцати пяти лет с острыми чертами лица. Он был неимоверно худ, и слишком высок для Алисы. Когда она подошла к нему, она была ему почти по пояс, правда, чуть выше. Она подняла голову и посмотрела на его тёмно-синие волосы, на миндалевидные серебристые глаза и на впалые щеки.
- Я подтверждение его слов, - он улыбнулся и вдруг растворился в белоснежном пейзаже, - правда, которую ты боишься принять.
Он растворился в воздухе, а через мгновение появился прямо надо мной, вжимая меня в глубокие сугробы. Холодные хлопья посыпались на лицо, вмиг в руках появился огненно-алый клинок, я успела выставить его перед собой до того, как острие его клинка коснулось моего лица. Я чувствовала его горячее дыхание, он был зол, и в то же время ликовал.
- Отныне я свободен, - он усмехнулся, поднимаясь надо мной и ногой вжимая меня глубже в сугробы, - я верну твою память и разрушу иллюзию, которую ты создала для себя.
Мир в одно мгновение провалился в темноту, а я зависла в воздухе, не ощущая ничего. Не в силах подняться на ноги, я чувствовала свою беспомощность и ощущала, как по щекам бегут горячие слезы. Воспоминания врезались в разум одно за другим, а я не в силах была отвергнуть их. То, что я так тщательно скрывала от себя самой, вырвалось из оков, заполняя мои мысли.
Я боялась вспомнить то, кем я на самом деле являюсь. Потому что тогда бы рухнул весь тот мир, который я создавала вокруг себя.
На пляже в самый разгар дня, когда Солнце злобными лучами обжигало песок, из яркого потока света появилось двадцать ребят. Горячий песок тут же обжег руки и ноги, и Натали тут же подскочила на ноги, пытаясь схватить с пола свое оружие, но осознавая, что перед ней лежит ее оберег. Всего лишь оберег. Солнце слепило глаза, погружая бесконечный пляж в невероятные миражи. На какое-то мгновение девушке показалось, будто ворота исчезли, и всё это было лишь страшным сном. Но уже через минуту ее зрение привыкло к яркому солнцу, которого не хватало в стенах арены, и она повернулась к каменным воротам, осматривая их снизу вверх.
- Мы вылетели? – спросила Натали, смотря на огромные ворота.
Катерина и Женя синхронно кивнули, приподнимаясь на локтях и откашливаясь. Это был слишком сильный удар, и многие потеряли сознание. Слева от Жени без сил лежала Василиса, устремив взгляд в бескрайнее лазурное небо, казавшееся чужим, неизвестным и неизведанным.
Слава, сидя на коленях, пересчитывал ребят. Слева от Натали негромко Алекс и Лёша обсуждали какое-то невероятное событие и усмехались над тем, какими беспомощными кажутся ребята.
Неожиданно Натали заметила рядом с воротами лежащую фигуру ее лучшей подруги. Алиса так и не пришла в себя, продолжая лежать у ворот, навсегда закрывших вход на арену. Натали подбежала ближе к арене, тут же почувствовав некое сопротивление, и закричала:
- Алиса, выбирайся оттуда!
Но девушка даже не реагировала на голоса своих подруг. Она неподвижно лежала на теплом песке, и над ней сгущалась неизвестная темная дымка, пугающей тьмой обволакивая тело девушки. Катерина ударила по барьеру кулаком, но ее тут отбросило на тридцать метров ударной волной, задевшей всех игроков. Она, кряхтя, попыталась встать на ноги, но голова неожиданно закружилась, Слава помог встать ей на ноги, девушка отряхнулась.
- В порядке? – спросил он, Катерина кивнула, с презрением глядя на врата.
Девушки смотрели на бездвижное тело девушки. Она не реагировала. Даже не двигалась, ее грудная клетка не поднималась. Одна из страшных мыслей пришла в голову Натали, и та упала на колени.
- Она погибла?! – с ужасом произнесла Натали, закрывая лицо руками и всхлипывая.
Но ребята, казалось, уже не слышали страданий Натали. Словно позабыв о своей подруге, многие поднимались с песка и уходили прочь. В город. Словно позабыли о том, что несколько мгновений назад с ними произошло. Словно забыли, как весь месяц провели в стенах арены, где происходили такие чудеса и невероятные события, которые заставили забыть о мире людей. Нет, никто не забыл. Но забыта была девушка с темными волосами, которую они однажды предали, ради которой начали Игру, с которой пытались вновь подружиться. Натали пошла вместе с остальными, даже не зная о том, что Алиса все-таки очнулась. Очнулась и долго смотрела в невероятное небо, нечеловеческое небо, а небо совершенно другого мира.
Для ребят время остановилось, они сидели в кафе, тихо пили чай с печеньем, их мысли были забиты какой-то неведомой пустотой, словно вырвали из их памяти что-то очень важное. Алекс отодвинул чашку, ложась на стол и поворачиваясь к своему товарищу.
- Леха, - сказал он, - сможешь проследить за ней?
Тот кивнул.
- Тяжело будет отвыкать от Игры, – вздохнула Катерина, махая рукой официанту, чтобы тот принес еще чай и вазочку с вкусными конфетами в разноцветной обертке.
Растрепанные волосы, исцарапанные лица. Песок забился в кроссовки и кеды, он в ушах и под ногтями. После Игры не изменились чувства ребят, и они все так же сидели за столом, словно ожидая появления кошки и объявления о начале нового тура. Только этого не произойдет. Официанты смотрели на компанию с подозрением, девушка прошла мимо них, скорчив гримасу отвращения, чуть не запнувшись об их рюкзаки. Потрепанные, усталые дети, у которых из рюкзаков и сумок торчат вещи и различное холодное оружие.
Активированное оружие означало лишь одно - Игра не закончилась. Но ее существование за пределами врат уже начинало пугать и волновать, хотя на это и не обращалось внимания. До тех пор, пока оружие будет активироваться, Игра не будет считаться законченной. Судьи знали это, оставив Алису в безопасном месте, там, где ее сила не сможет навредить, а ее воспоминания будут заперты и не выйдут на свободу до тех пор, пока все игроки не будут готовы последовать за ней.
Потому что Игра уже сделала свой первых ход и уже ожидает ответной реакции от игроков.
Глава 12.
На грани.
Я резко открыла глаза, пытаясь ухватить ртом воздух. Легкие горели от его недостатка, а я еле пыталась сдержать слезы, я кашляла, но не могла встать с холодной земли. В глаза бил яркий свет заходящего солнца, чужого солнца, о котором я мало что знаю. Потребовалось время, чтобы глаза привыкли к свету после долгого пребывания во тьме; неизвестно, сколько я пробыла в забытье, но и пробуждение особенно меня не радовало. Голова разрывалась на часть от пульсирующей боли, хотелось кричать, биться о стены от изнеможения… Но в голове пусто. Осталось лишь неприятное чувство внутри, но разум не пропускал меня вглубь воспоминаний. Я что-то определенно забыла…
Минуту спустя мне удалось перевернуться на живот. Спина отдавала болью по всему телу, словно я упала с огромной высоты. Я посмотрела в противоположную сторону от ворот – в свете заходящего солнца невидимая стена отливала разноцветными переливами. Оставшись по ту сторону мира людей, я поначалу запаниковала, но тут же взяла себя в руки, переворачиваясь на спину и вздыхая.
Ночь медленно опускалась на врата. Я уже могла подняться на ноги и пройтись, но какой-то отголосок из разума вновь заставлял меня остановиться. Чего-то не хватает в пустоте моих мыслей, и я отчаянно цеплялась хоть за какую-то веточку. Взгляд упал на ворота. Огромные белоснежные ворота, их уже поглощал зеленый плющ, но они продолжали величественно возвышаться над этим миром. Темнело, звезды потихоньку зажигались на небе, на небосклон медленно поднималась огромная луна. Тот небольшой клочок земли, где я находилась, освещали причудливые руны, изображенные на вратах. Их смысл так и остается для меня загадкой. Я провела ладонью по рунам; на фоне городского пляжа они выглядели чужими: от них веяло чужим воздухом, пахло чужими лесами и легким мхом, хрустящим под ногами. Я легла на спину, чтобы перевести дух. Ото мха шло необыкновенное тепло, и сразу стало уютно.