Было мгновение, когда она уже почти решилась его задержать. Но…
Странные нападения очевидно неадекватной женщины, проигнорированные Ведомством — это явное нарушение, хоть и следственного отдела, а не отдела следящих-сопровождающих, к которому принадлежала Жаннэй.
Она хотела полномочий.
А еще больше она хотела докопаться до правды. Потому что если это действительно был поджог, то кто-то закрыл на него глаза. Жаннэй ненавидела тех, кто вовремя жмурится.
Это оскорбляло ее сущность наблюдателя.
— Отвернись и зажмурь нос, — сказал Ким, когда они с Геркой вышли.
— Глаза.
— А?
— Зажмуривают глаза, — объяснил Герка, не без интереса наблюдая, как Ким достает из кармана пачку сигарет.
Почти никто из Геркиных знакомых, кроме самых отбитых, не курил. Раньше он видел сигареты только по телевизору и в витринах мелких ларьков, понаставленных в заводской зоне Тьмаверста в каких-то сумасшедших количествах: рабочие в основном были не местные и, Герка подозревал, привезли эти фанерные гробы вместе со всем содержимым с собой.
Отбитые в основном курили самокрутки: из распотрошенной сигареты и разных травок закручивалось нечто, называемое папиросой, и действие это носило характер скорее магический. С их точки зрения курить могли лишь избранные.
Зверозыки не переносили резких запахов: острое обоняние было отличительной чертой почти всех их разновидностей. Змеям, правда, приходилось высовывать язык, чтобы как следует принюхаться.
Конечно, было исключение. Жабам и тут не повезло — хотя это с чьей точки зрения смотреть, курили-то в основном именно юные Жабы. У них нос работал даже хуже, чем у обычных людей: они не могли отличить аромата дорогих духов от вони компостной ямы. Герка третий раз в жизни радовался этому факту.
Первые два случились летом, когда горели торфяники. Каждый раз город буквально парализовывал смог. Затушить пожар собственными силами не удалось ни разу, и все ждали огневиков из столицы как манны небесной.
— Я знаю, — сказал Ким, затянувшись. — Студенческая шутка. Пачка оттуда же.
— А, ты же недавно закончил, — важно покивал Герка.
— Три года назад. Вообще-то, я тогда же и бросил это дело. — Ким повертел в пальцах сигарету, пожал плечами, — Подсуетился, устроился в одну фирмочку еще на старших курсах. Практиковал на должности сначала помощника юриста, потом младшего юриста… В меру спокойная и обеспеченная жизнь — лучшее лекарство от пороков.
— О…
Герка с изумлением наблюдал, как Ким выпускает дым через нос. Нормальный Кот катался бы по земле, заливая ее слезами и пытаясь откашляться, а этому — хоть бы хны! Со стороны, наверное, казалось, что он внимательно слушает, потому что Ким продолжал говорить:
— А потом моя фирмочка слилась с другой фирмочкой. Получилась солидная фирма, а я недостаточно солидный сотрудник. Пришлось навестить родные пенаты.
— Ты похож на Ере из «Материалов следствия». Тоже дымишь и не хочешь жениться. — Заметил Герка, просто чтобы хоть как-то поддержать разговор.
— И такой же неудачник. — Спросил подозрительно, — Современная молодежь смотрела «Материалы»?
— По «Столичному» был повтор, который попался на глаза моему тогда еще семилетнему младшему брату. — Хмыкнул Герка. — Данга выклянчил у мамы кассеты. Я его наизусть знаю. На-из-усть. «Омо некромант, милая Ала, творить зло — в его природе. Хватит плакать — так устроена эта окосова жизнь». «В таком случае, что же ты делаешь в Ведомстве, Ере? Твое место в пожарной службе! Этим занимались десять поколений твоих предков…» Ну и так далее. Спецэффекты, семь сезонов беготни, четыре собаки в роли Тармыша, бесконечная жвачка про то, какой антагонист в глубине души хороший. А в итоге? Погиб за то, что некромант.
Герке было интересно, как Ким отреагирует. Воспримет ли на свой счет?
— А Ере женился. — Ким фыркнул делано беззаботно. — Не уверен, что ему повезло больше. — Поспешно перевел тему, — Не знаешь, где здесь покупают сигареты? А то я сегодня зашел в супермаркет и спросил. Думал, у меня вдруг рога выросли или голова загорелась, кассирша чуть в припадке не забилась… мыши все такие нервные?