– Вы с Адамом сговорились что ли? Он то и дело говорит это, – сокрушенно вздохнул Роберт.
– Тебе бы его послушать, – девушка сложила губы в трубочку, – но я не для этого пришла. Расскажи, что за кошка между вами пробежала, что произошло с Ники? Она сама не своя после вечеринки у Джастина.
Роб глубоко вздохнул и, подумав минуту, рассказал все подруге. Он знал, что она не отстанет, а голова у него и без того раскалывалась. Конечно, он умолчал о том, что их отношения не более чем игра, но суть от этого мало изменилась.
Дослушав до конца, Мелиса задумалась и услышала тихий крик своей совести. Это ведь она подговаривала подругу переспать с ним. Девушка громко выругалась.
Из-за нее, в какой-то степени сейчас Николь сходит с ума, а Роберт пьет как не в себя. И пусть умом девушка понимала, что они взрослые люди и сами принимают решения и берут за них ответственность, что-то внутри нее кольнуло.
Она просто оглядела Роберта, не зная, что делать и что говорить, и ушла не прощаясь. Ей нужно было походить и хорошо подумать.
Роберт, оставшись один, открыл еще одну бутылку. А затем еще, и еще…
Когда парень был уже не в себе, он затуманенным взглядом увидел Адама, который орал на него как резанный. Сначала парень игнорировал то, что он говорил, но когда наконец, понял, мгновенно протрезвел.
Кристин, мама Роберта, попала в больницу. Так как Роберт не отвечал ни на звонки, ни на сообщения, Шон, младший брат Роберта, позвонил Адаму.
Больничные виды никогда не внушают спокойствия, а только вгоняют в депрессию. Стерильный запах и белые стены, снующие в разные стороны люди в белых халатах, только нервировали парня. Шон плакал, пока Адам пытался развлечь его мультиками и шоколадками, Роберт разговаривал с доктором.
Доктор сказал Роберту, что у Кристин острый аппендицит и ее положили на операцию.
Чтобы хоть немного прийти в себя, парень решил походить по больнице. Пусть он все еще туго соображал, парень решил, что хождение снизит тревожность и поможет ему успокоиться. Отказавшись от сопровождения Адама, Роберт пошел к столовой, когда, споткнувшись о дорожку для инвалидных колясок, упал с лестницы. В очередной раз.
– Это уже не смешно, – сказал он, пытаясь подняться. Однако поврежденная нога отозвалась ужасной болью.
Врачи, обследовав его ногу, которая еще не полностью оправилась от прошлого падения, строго запретили парню физическую активность.
Адам присматривал за маленьким Шоном, пока ни Роберт, ни его мама не были в состоянии.
Операция прошла успешно и уже к концу недели все трое вернулись домой. Кристин, как и Роберту, требовался уход и помощь, которую Шон не мог оказать.
«У Адама своя жизнь, и он и без того уже очень много помог им» – рассуждала мама Роберта.
Когда Адам рассказал обо всем Мелисе, Николь нечаянно подслушала их разговор. Ей стало жаль Роберта, и она искренне захотела помочь ему и его семье.
Роберт пытался решить, что он может сделать в данной ситуации. Он не мог делать ничего, а его мама – тем более. Ей даже дышать было сложно после этой операции.
– Не беспокойся, Робик, это пройдет, – говорила она ему, улыбаясь.
Роберт хотел выть от отчаяния и беспомощности.
Он сидел в своей комнате и крутил в руках телефон уже минут двадцать, не решаясь позвонить.
Сделав глубокий вдох, набираясь смелости, он все же набрал номер, внутренне ожидая, что она либо его заблокировала, либо просто не ответит. Но трубку подняли.
– Привет, Ники.
От звуков его голоса по телу Николь пробежали мурашки.
– Да? – неуверенно ответила она.
– Я думал, ты меня заблокировала, – с облегчением выдыхая, сказал парень.
– Я тебя разблокировала, – Николь тоже улыбнулась.
– Ники, я знаю, что я козел. И ты имеешь полное право злиться, но…
– Тебе нужна помощь? – догадалась она.
– Да… Я знаю, мы не общаемся сейчас, но пожалуйста. Мне не к кому больше обратиться, – сказал ей Роберт.