– Эй? Вы там?
Серый уверен, что там, на месте людей Руслана, пусто. Он чувствует это всей кожей и шепчет:
– Там никого нет.
– Ага… – соглашается Тимур таким же шепотом, сглатывает и добавляет: – Но смотреть я не хочу.
Серому тоже не хочется. Но посмотреть надо.
– Давай вместе, – предлагает он. – На три.
– Давай. Раз, два, три!
Голова поворачивается неохотно, словно несмазанный механизм. Глаза невольно распахиваются еще шире. Серый готов увидеть на выходе что угодно, хоть ожившие статуи, или саму хмарь…
Но там никого нет: ни хмари, ни Руслана с его людьми, ни их вещей. На пороге лишь стоит Юфим, сложив руки за спиной и подставив лицо ветру, светлый, почти светящийся в лучах заката.
– Лучше бы это была хмарь, – дрожащим голосом говорит Тимур. У него отчетливо стучат зубы.
Серый с ним согласен как никогда. Исчезновение пробирает до печенок, пугает даже сильнее хмари. Ведь хмарь видно, у нее есть правила, с ней можно как-то бороться. Но что делать с таким? Вообще с чем?!
– Эт-то, наверное, хозяин, – выговаривает Серый, слегка заикаясь. – Это он. Точно он что-то сделал.
«А может, мы только что умерли. Просто не заметили этого», – проползает в голове зловещая мысль.
– Юфим Ксеньевич… – дрожащим голосом говорит Тимур.
– Да? – тут же откликается хозяин.
Тимур вновь сглатывает и бросает на Серого короткий острый взгляд. В этом взгляде умещается все, что только способен испытывать человек, но больше – облегчения. Хоть от пережитого ужаса все еще колотит, а колени подгибаются, Серый тоже выдыхает.
– Спасибо, – вразнобой говорят они с Тимуром.
Юфим удивляется:
– За что? Я же ничего не сделал! – и машет рукой, спускаясь к могилам: – Вечереет. Позвольте проводить вас до дома. И я настойчиво попрошу вас не оглядываться, пока мы не минуем ворота. Будьте любезны, исполните мою просьбу, хорошо?
Серый и Тимур идут за Юфимом. Они не оглядываются, но все равно видят, что над ними кружат три молчаливых тихих ворона.
У ворот кладбища их встречает Зет.
– О, доброго дня, Сергей Алексеевич, Тимур Ильясович!
Старший хозяин улыбается самыми кончиками губ, будто бы чуть снисходительно. И хоть его лицо по-прежнему неразличимо, Серый видит цвет глаз: пронзительно голубой, почти нечеловеческий.
– У вас такой вид, словно вы увидели привидение, – замечает Зет. – Выдохните, Сергей Алексеевич, и успокойтесь. Мы с братом всегда будем здесь. С нами вы в безопасности.
Серый не выдерживает и нервно хихикает, едва сдерживаясь, чтобы не ляпнуть что-нибудь нелепое, подчеркивающее схожесть мыслей хозяев, вроде «Телепатия, телепатия, у вас к ней симпатия». Зет не обращает внимания на его смех и небрежным жестом отодвигает Тимура в сторону, протягивая руки к брату – на кружевных манжетах вспыхивает россыпь белого бисера.
А Юфим, покинув кладбищенскую землю, вновь лишается сил и доверчиво, даже не оглянувшись, падает спиной. Зет подхватывает его с такой легкостью, словно он весит не больше картонной коробки. Юфим с облегченным вздохом опускает голову на плечо близнеца и закрывает глаза.
– В следующий раз иду я, – говорит Зет безапелляционно.
Юфим молча кивает.
– Тут были чужаки. Они исчезли, – говорит Тимур настырно. – Это вы сделали, да? Как у вас это получилось?
Юфим не обращает внимания на него. Он, бледный и слабый даже на вид, тихо лежит на руках близнеца и кажется уснувшим. Отвечает Зет, и его голос источает снисхождение, словно он объясняет прописные истины маленькому настырному ребенку:
– Я ничего не сделал с вашими незваными гостями, Тимур Ильясович. Вот, хоть спросите у моей соловушки, – и он кивает в сторону рощи, откуда слышится соловьиная трель.
– Они не могли исчезнуть просто так!
– А кто сказал вам, что они исчезли просто так? – улыбается Зет. – Всё происходит здесь от человеческих желаний, Тимур Ильясович. Мы с Юфимом Ксеньевичем ничего не решаем – всего лишь следуем за ними.
Серый не успевает толком осознать, что именно скрывается за словами хозяина, – тот задумчиво добавляет:
– Ах да! Кажется, я видел в саду Олесю Дмитриевну, когда направлялся сюда. Она так тихо сидела на скамейке. Я прошел мимо, не стал беспокоить, но сейчас мне мнится, что следовало задержаться…
При упоминании любимой девушки Тимур сразу же перестает стучать зубами и думать о таинственном исчезновении чужих.
– Олеся? Олеся здесь? – оживленно спрашивает он.
– Да. Бедняжка, видимо, хотела рассказать нам о вооруженных незнакомцах, которые захватили вас в плен, но что-то ее остановило. Мы обещали не вмешиваться в ваши дела, но оставить странное поведение девушки без внимания не можем. Мы воспитаны по-другому, – чопорным тоном отвечает Зет и кивает в сторону пруда, туда, где на противоположном берегу между деревьев виднеется пестрый ковер из цветов. В пруду отражаются густые сизо-белые облака, хотя над головой висит чистейшее голубое небо.